Главная / Члены киносоюза / Актуальные мнения

Опубликовать: ЖЖ   Facebook

"КИТАЙ-ГОРОД.сценарий революции в Москве"

опубликовал | 19 сентября 2012

Александр Кузнецов | - просмотров (200) - комментариев (7) -


Режиссёр Саша Кузнецов

Продюсеру:
Эта история решается в жанре трагического бурлеска. События показаны как бы с точки зрения героев на джипе УАЗ.
Бурлеск трагическим становится внезапно; всё происходящее скорее клоунада и, потому никакого акцента на натуралистических моментах не делается, а сцены эротики, которых не избежать, решаются с акцентом на психическом (на состоянии), а не физиологическом. Происходящее на экране, и для персонажей и для зрителя - игра, порой забавная, порой странная и лишь ночью у «Детского мира» она становится трагичной (оставаясь при этом клоунадой).
Все сцены насилия скорее обозначены, чем показаны (всё это касается в первую очередь части войны «жОлтых» с «дикарями» и якобы снятого «снапа» с пытками на продажу и применяемого в целях шантажа для получения средств на прямое действие облачённое в наряды art contemporain).
Натурализм - в типажах и характерах.


  КИТАЙ-ГОРОД
1.КЛЯЗЬМА. ВОДОХРАНИЛИЩЕ
Красноштан (26)в джинсах, с обнаженным торсом сидит за рулём  открытого (без крыши, но с дугами безопасности)джипа УАЗ, стоящего передними колёсами в воде. Стриженая ёжиком, темноволосая Улька (17) в купальнике, пробует ногой воду с берега. Утреннее солнце. Вдали водные мотоциклы и доски с парусами. Недалеко базилика с башенками по углам, где готовится рок-шоу. Неподалёку юный Безумец в шортах (14) запускает авиамодель. Красноштан курит папиросу.

КРАСНОШТАН
Ну и теперь наш Ося, воспитанник  
хасидов центра Москвы, запускал
авиамодель кукурузника с крыши дома
своего деда.

УЛЬКА
Радиоуправляемую!

Красноштан
   (продолжает)
Всю жизнь на Сретенке… и вот...
его модель врезается в китайского
змея… запущенного...

Улька, входя в воду, оборачивается.

УЛЬКА
Китайский дельтаплан! Супер!!
Китайка запустила! Она - китайская
красавица, дочь посланницы тёмных миров,
запускает с другой крыши, воздушного
змея из парашютного шёлка. Да, Янка?
(вполоборота на заднее сиденье)---

С заднего сиденья поднимается слегка припухшее ото сна лицо Янки (22) с белыми растрепанными волосами (крашеная блондинка).

УЛЬКА
И врезается в дельтаплан поэта. Как
его?


ЯНКА
Брахман!

Громкий ход бас гитары - это звук настраиваемой аппаратуры.
Над водой несётся гитарный аккорд и мерные удары бас-барабана.
Авиамодель вырывается из рук Безумца в шортах и ---
--- улетает в небо.

2.ДОМ БАНКИРА
Вилла среди сосен на берегу оврага.
За стеклянной стеной комнаты видна лужайка и зелёный металлический забор. У представительского автомобиля стоит Банкир (70) (отец Нади) и машет рукой на прощание. Садится в авто. Автомобиль выезжает, ворота закрываются. Дочь банкира, Надежда (25) - отходит от стекла.

Надежда вяжет у камина черные маски-шапки с дырками для глаз.
Довязав, принимается обмётывать отверстие. Прикладывает к глазам шерстяные дырки. Рядом с креслом-качалкой на паркете лежит куча вязаных шапок. Кругом разбросаны мотки чёрной шерсти.
Она примеряет маску ---
--- раздеваясь у зеркальной стены.
Поворачивается прекрасным телом боком к зеркальной стене, разглядывая себя снизу вверх.

Снимает себя на фото-автомат, установленный на штативе, при этом репетирует речь.

НАДЯ
(говорит, впадая в ритмичную эйфорию)
«Буржуазия тоже будет освобождена.
Главным результатом революции
должно стать распространение логики
желания на новые, дотоле неведомые сферы,
находящиеся в пределах сексуальности, но
за пределами наличных сексуальных
комплексов буржуазии» .

Пищит ноут-бук. Она открывает почту.
На экране сообщение по maily:
 
     сегодня там же в то же время всё с собой                                                                      

3.ПОДЪЕЗД. ДЕНЬ
Красноштан входит в парадное дома с облезлым фасадом. Громыхнув железной дверью старого лифта, он поднимается на этаж и стучит в дверь, обитую драным дерматином, грязножОлтого цвета. Открывает Джага, ему почти сорок, но азиатское лицо не отражает возраста, зато на нём ладно сидит, тёртый джинсовый костюм.

КРАСНОШТАН
Джага, слушай, у меня проблемы...

ДЖАГА
Пройди на кухню.

В кухне Красноштан втискивается в тесноту между грязной газовой плитой и урчащим холодильником. Черноволосый, коренастый Джага протягивает ему шарик, завёрнутый в фольгу. Красноштан, положив его в нагрудный карман фланелевой рубашки, долго и аккуратно застегивает маленькую белую пуговичку дрожащими пальцами.

ДЖАГА
Больше не дам. За остальное надо платить...

КРАСНОШТАН
Джага, а ты никуда не уезжаешь?

ДЖАГА
Почему?

КРАСНОШТАН
Слушай… Присядь, пожалуйста. Короче –
проблема с головой. Не смейся. Гудит всё
время. Может, это компьютер с Лубянки?
Спасаюсь только снами... Про любовь. А
если ты уедешь, я перестану её видеть и
они сделают со мной всё, что захотят.
Не уезжай. Это создание неба. Шум моря,
монастырь на горе и она... Она придёт ко
мне ещё и мне будет глубоко плевать на это
дерьмо. Он дёргает головой в сторону окна.

ДЖАГА
Здесь на четыре жирных. Иди пока не уеду.

4.МЕТРОПОЛИТЕН. ДЕНЬ
На станции «Китай-город» стоит на платформе Брахман (24). С ним Янка. Подъезжает метропоезд, замещая название станции на стене, надписью на стекле дверей -

не прислоняться
Первый вагон метропоезда, куда сели Брахман и Янка, проносится через освещенную станцию. На стене мелькают, одинаковые, расположенные на равном расстоянии друг от друга экземпляры гигантской афиши: огромное лицо молодой женщины с черной повязкой на глазах и заклеенным лейкопластырем, ртом . Прямо под подбородком прочитывается, напечатанное курсивом слово: «Завтра...»  Первый вагон останавливается в конце станции. На последней афише, в самом конце перрона, кто-то добавил широким красным маркером, размашистыми буквами:
   
Р Е В О Л Ю Ц И Я

5. ТРИУМФАЛЬНАЯ ПЛОЩАДЬ. НАТ. ДЕНЬ
Брахман и Янка выходят на площадь из метро. Возле памятника поэту уже несколько человек делают вид, что не знают друг друга. Кое у кого в руках зачехлённые знамёна и большие пакеты неизвестно с чем. Здесь же Красноштан с Улькой. Она - берёт из её рук прокламацию, что-то спрашивает, но за шумом города не слышно.
Илья-Че (25), чернобородый, в чёрном свитере и коричневой старой кожаной куртке, с красной повязкой на рукаве, раздаёт прокламации. Ему помогает активист Максим (23), находясь всегда чуть позади. Недалеко, в трёх-четырёх метрах от собравшихся, стоит Вольф (30), коренастый человек в строгом сером костюме. Он щурится морщинками вокруг бесцветных глаз, внимательно разглядывает собравшихся, медленно поворачивая голову, длинным носом по ветру. Коротко поговорив о чём-то с одним из ребят, высоким парнем с длинными чёрными волосами – Элвис (36) - Вольф удаляется за столик уличного кафе возле кинотеатра. Садится так, чтобы видеть происходящее, достаёт мобильный телефон, набирает номер и долго болтает с кем-то, хитро улыбаясь тонкими губами на бритом лице.
В определённый момент надеваются чёрные вязаные маски-шапки - их раздаёт Надежда. Поднимаются на лица шейные платки и арафатки. Брахман помогает Надежде. Она оценивает это взгляом по его статной фигуре, он выше многих ростом, да и волосы у него красивые, русые. Кто-то профессионально обматывает лицо чёрным платком а ля Маркос. Разворачиваются плакаты. Появляются красные и чёрные знамёна. Слышен пронзительный полицейский  свисток, сирена пожарной машины и «скорой». Брахман лезет на постамент и читает стихи (не слышно за шумом улицы), стоя прямо на ботинках Маяковского. Вокруг концентрируется полиция. Слышна сирена полицейского автомобиля. Подъезжает и встаёт у кинотеатра реанимобиль. Следом за ним на постамент помогают влезть маленькой, худенькой Янке. Она тихо читает свои стихи – слышны лишь отдельные слова. Ей подносят ко рту красный пластиковый  мегафон.
Вольф говорит по телефону, внимательно следя за событиями вокруг памятника Маяковскому (не слышно за шумом улицы)
Илья-Че повязывает красную повязку на рукав коричневой тёртой кожаной куртки и забирается на постамент с помощью активиста Макса. Народ разворачивает плакаты: «Время разбрасывать камни!», «...не видно… – оружие люмпенпролетариата!» «Рок – акустическая атака!»
«сексуальная диверсия!»
«революция №9 свершилась, а теперь декадансинг!»
«освободись и лети!»
«першинги влетели»
ИльяЧе встаёт на ботинки Маяка, говорит речь.
ИЛЬЯЧЕ
Я исхожу из того, что политическая
система, которая начала складываться
в начале восьмидесятых сейчас
окончательно обанкротилась и не имеет
будущего.  Следовательно! нужно
консолидировать как можно  больше
вменяемых людей! Готовить!
Строить! Новое! Объединяйтесь!
Состояние наше ужасно, перспективы
наши блестящи!! Ура-а-а-а!!! (кричит)

Появляется музыка из, остановившегося рядом с памятником, кабриолета с откинутым верхом. За рулём юный, светловолосый и румяный Яппи (17). Речь ИльиЧе к финалу становится похожа на чтение в стиле рэп, под случайную музыку.
Полиция идёт в наступление, окружая памятник. Пытаются задержать, но народ разбегается кто куда. Кого-то тащат, кого-то несут. Прохожий пытается удрать, но его тоже винтят.
Улька удирает вместе с Янкой. За ними, прихрамывая, торопится Красноштан, одновременно пытаясь косить под случайного прохожего.
Брахман спускается в подземный переход. Надежда видит это ---
--- устремляется вслед, вниз по каменным ступеням.



ПОДЗЕМНЫЙ ПЕРЕХОД. ДЕНЬ
Надежда и Брахман бегут в паре метров друг за другом по переходу. У кафельной стены целуются двое: парень прижимает худенькую девушку к жолтой, плиточной стене. Ветер гонит по полу обрывки предвыборного плаката с мятым изображением. Брахман догоняет Надю на ступеньках, ведущих наверх, и кричит вслед:
БРАХМАН
Надежда моя! Дай мне руку!                            

СТАНЦИЯ «МОСКВА-СОРТИРОВОЧНАЯ». ВЕЧЕР
Держась за руки, они вбегают на мост через ж/д пути.
Внизу к платформе подходит электричка.
Они заскакивают в вагон. Двери закрываются, хлопнув друг о друга.

ЭЛЕКТРОПОЕЗД. ВЕЧЕР
Из окна вагона видны сначала индустриальный пейзаж, потом подмосковные платформы и поля, дома, перелески.
Вечереет, в вагоне зажигаются жОлтые лампы, отсвечивая на пустующих лакированных, деревянных скамьях.
В освещённом окне мчащейся электрички, отражаются лица Брахмана и Нади. Они сидят друг против друга и смотрят в окно.

ПЛАТФОРМА. ВЕЧЕР
Надя и Брахман выходят на бетонной платформе в лесу, когда солнце клонится к закату. Кругом ни души и лишь одинокий фонарь зажигается над домиком кассы.

ПЕТРОВСКОЕ. НАТУРА. ВЕЧЕР
Брахман и Надя идут по деревенской, мощеной камнем улице, мимо церкви. Садится солнце.
Пролетает военный вертолёт.

Мимо развалин замка выходят на дачную улицу---

ДАЧА ХОЗЯИНА. ВЕЧЕР
--- к старой деревянной даче с тёмными окнами.
В окнах отражается багровый закатный свет.
--- Он толкает форточку - открыта.
Распахивает окно и забирается через него внутрь.

НАДЯ
Как здесь тихо.

БРАХМАН
Да. Как будто мы уже умерли.

Втягивает Надю за руку.

ДАЧА ХОЗЯИНА. ИНТЕРЬЕР. НОЧЬ
Он сидит, сложив ноги на табурет, достаёт пакет табаку «Drum», курительную бумажку,---
--- привычным движением скручивает сигарету. Наверху раздаётся какой-то неясный звук, будто что-то упало.                                    
Он прислушивается. Явно кто-то ходит наверху, падает стул, потом всё стихает, он встаёт, осторожно перекладывает нож в задний карман джинсов, выходит босиком, стараясь не шуметь.
Заглянув на кухню, идёт к двери в соседнюю комнату. Оттуда вновь доносится какое-то постукивание.
Он с опаской приотворяет ее, заглядывает в образовавшуюся щель, тут же захлопывает, судорожно повернув ключ в замке, и замирает, вслушиваясь.

КОММУНАЛКА КРАСНОШТАНА. ВЕЧЕР
Из комнаты выходит соседка (23) в широком комбинезоне цвета морской волны. Её положение выдаётся плавной уверенностью тела и довольно большим животиком.
Входная дверь распахивается и вбегает, запыхавшийся Красноштан. Он нежно целует её в щёку, а руками обнимает мягкую, открытую до локтя, руку в лёгкой жолтой майке с рукавами по локоть.

КРАСНОШТАН
Мария... Ты всё больше мне кажешься. Ты меня
видела во сне? Дай я привлеку тебя к своей
теплоте.

Он обнимает, стремящуюся на кухню женщину сзади, принимаясь гладить её по животу.

ЖЕНЩИНА
Э-э! Ты уже совсем обнаглел. Я ведь не
от тебя в положении. Ты что думаешь?

Она вырывается, входит на кухню и садится на табурет.

ЖЕНЩИНА
Я ведь могу и мужу сказать. Прекращай,
давай. Я ведь только-только успокоилась
от тебя.

Женщина плачет, а Красноштан опускается на пол, гладит голень её ноги под лёгкой материей комбинезона.

КРАСНОШТАН
Он ведь мент у тебя… нет! Полицай теперь.
Вызови, вызови его.  А если ты не придёшь
сама, я войду в тебя сам. Я буду жить в
твоей теплоте, тёплоте, влажной темноте…
Мария! Я хочу домой... Впусти меня в себя!

Он пытается забраться головой между её ног. Женщина испуганно вскакивает, выходит из кухни, но он догоняет её в коридоре. Нечаянно отрывает лямку комбинезона.
Держит её грудь на своей ладони.
Она вырывается, а он, расслабившись, отпускает её, сползает на пол, прижимается животом к прохладе пола, бормочет:

КРАСНОШТАН
А ты вызови своего ублюдка. Ведь он не
мент даже… нет! Он теперь поли… мент.
Полицай мент. Всё равно. Они и тебя
внесут в свой огромный компьютер. Мы все
там будем. Он всё время гудит…

В коридоре Женщина кидается было к телефону, но потом запирается в своей комнате.
Красноштан садится, обхватив руками и прижав колени к подбородку. Потом встаёт и уходит к себе в комнату.

КОМНАТА КРАСНОШТАНА. ИНТЕРЬЕР. НОЧЬ
Он падает на застонавшую раскладушку. Закрывает глаза. Его губы пытаются что-то сказать - он вскрикивает, открывает глаза и сразу же появляется гудение за окном.

ПОДЪЕЗД КРАСНОШТАНА. ИНТ. НОЧЬ
Он быстро бежит вниз по каменным ступеням подъезда.

ДАЧА ХОЗЯИНА. ИНТЕРЬЕР. НОЧЬ
Надя стоит перед старым, пыльным телевизором в углу дачной комнаты.

НАДЯ
Смотри, а он работает.

ТЕЛЕЭКРАН:
Ящик гудит и на экране появляется изображение без звука: диктор что-то долго объясняет, хитро улыбаясь. Затем идут хроникальные кадры разгона митинга на Пушке. Слышен голос Ильиче, в мегафон кричащего из темноты:

ИЛЬЯЧЕ
Вы совершаете противоправные действия,
вы нарушаете закон! Это противозаконно!
Вы понесете уголовную ответственность!

Брахман входит в комнату, некоторое время напряженно смотрит, а потом выходит.
За его спиной в комнате слышен взрыв.
Он вбегает обратно. Она бросает швабру с тяжёлой ручкой из свежеструганного дерева, возле разбитого телевизора. Истерично тараторит:

НАДЯ
Ну, что? Достали, уроды? Протоплазма
взбродившая. Они - мне - предлагают
свободный выбор! Они ведь сожрать
нас хотят. Лоботомировать. Я иногда
мечтаю их ненавидеть и не могу.
Некого. Одна вонь вокруг, смердит...

Он садится на пол и, прислонившись к стене, устало складывает руки на коленях. Бормочет:

БРАХМАН
«… покину отчую тюрьму.
Слезой случайной обозначу свой
Путь по лику Твоему»… Надежда ты наша,
у тебя же отец – Банкир!?

НАДЯ
  (истерично)
Не говори мне ничего про моего отца!

БРАХМАН
Да я и не про отца… я про деньги.

Ночь. Они, полуодетые, сидят на разложенном диване. Он достаёт из кармана длинную папиросу, поджигает, затягивается и подносит папиросу к ее губам. Она втягивает дым полной грудью, запрокинув голову.

БРАХМАН
Ещё? Хорошо, правда?

НАДЯ
Плевать я хотела на всю эту правду.
Мне не нужна голая правда. Брахман… а ты
моего отца вообще, видел когда, нет?

БРАХМАН
Не-а…

Он, взяв папиросу наоборот, вдувает ей дым в раскрытые, шумно втягивающие губы - она длинно и легко втягивает, прикрыв отяжелевшие веки.

НАДЕЖДА
Как хорошо-то, Господи!

Он кладёт голову ей на живот.

НАДЕЖДА
Это наш дом. Никуда мы не пойдем, да и
некуда нам...

БРАХМАН
Все дома в этой стране – Хозяина. И он
скоро придёт. А у тебя – отец банкир.
Возьми у него денег на камеру пока не
поздно…

НАДЕЖДА
Да!На революцию!

УЛИЦЫ ГОРОДА. ВЕЧЕР
Багровое солнце пытается прорваться сквозь тучи над Москвой. Красноштан на улице лавирует среди людей. Он почти бежит, не замечая надписей на стенах и плакатов с портретами выборных кандидатов.
Уличные фонари бледно трепещут неоном на мокром асфальте. Красноштан идёт по обочине, подняв руку, пытается остановить машину, но жОлтый пустой, зачем-то освещённый изнутри таксомотор, проносится мимо, обдав его мокрой пыль.
Гудение не прекращается, он садится на скамью, сжимает голову руками. Рядом приостанавливается прохожий.

ПРОХОЖИЙ
Вам плохо?

КРАСНОШТАН
Да!

Красноштан резко встаёт, но мужчина торопливо уходит.

ПОДЪЕЗД ДЖАГИ. ВЕЧЕР
Красноштан поднимается к двери. Гудение вновь появляется, когда он подходит к двери, обитой старым дерматином. Долго стучит, заглушая гудение, но никто не открывает и гудение переходит в треск радиопомех. Доносятся обрывки команд:

ГОЛОС
Брось всё! Иди.

Трясущимися руками он набирает номер на мобильнике.

КРАСНОШТАН
Улька! Сейчас! сразу! На моторе! заплачу.
Дура! Времени нет…

Он бросает мобильный на каменные ступени.

УЛИЦА. ВЕЧЕР
Красноштан идёт вдоль кирпичной стены. Команды становятся настойчивее:

ГОЛОС
Иди вперёд. Вперёд. Вперёд…

На Лубянской площади напротив здания ФСБ, кружит жолтая машина такси.
Из-за угла, навстречу Красноштану выходит стройная девушка ---
--- он кидается к ней.

КРАСНОШТАН
Зина! Возьми меня с собой!

Незнакомка бежит от него, ---
--- мелькая ногами в туфлях на шпильке.

НЕЗНАКОМКА
Меня муж в машине ждёт!!

Он останавливается.

КРАСНОШТАН
Зина... Какие у тебя ботинки...

Тягловый гул неумолимо несёт его к черному многоэтажному кубу мраморного здания.
Темнеет. На асфальт падают редкие, крупные капли дождя.
Голоса сквозь шорох помех:

ГОЛОС
Иди вперёд. Иди вперёд. Иди вперед.

КРАСНОШТАН
Отвяжитесь, суки…  

Он идёт вниз по тротуару, вдоль черного мрамора стены.
Дубовые, массивные двери, ---
--- блестящая, начищенная до блеска жОлтого металла, ручка на тёмном дереве.
Он оседает по стене,---
--- на ступеньку под дверьми.
Шум радиопомех и окрестного космоса.

ГОЛОС
Всё. Забирайте.

Гремит гром. Черная туча содрогается, ---
--- дождь омывает асфальт.
Подъезжает жОлтая машина, из неё выскакивают спортивные мужики с олимпийской эмблемой на куртках, ---
--- втаскивают Красноштана в салон автомобиля.
Дубовая дверь с глухим стуком закрывается за ними, сверкнув на блестящей ручке вместе с молнией.
Дождь принимается лить на асфальт, как в кино. Темнеет.

ДАЧА ХОЗЯИНА. УТРО
Брахман лежит на кушетке, смотрит на широкие доски потолка. Надежда готовит бульон из куриного кубика на газовой новенькой двухконфорочной плитке, стоящей на полу.
Ножом она делит кубик пополам, размешивает в пиале с кипятком.
Они мирно прихлебывают бульончик. Красноштан прислушивается.
Она старается неслышно отпивать из пиалы горячий бульон.

БРАХМАН
Надежда ты наша… будет камера у тебя
своя, можно для сайта снимать… или на
Ютубе разместить…

НАДЕЖДА
Зачем?

В другой комнате, в пыльном комоде он находит резиновую маску – лицо мужчины, смахивающее на выборного кандидата с плакатов на заборе.

БРАХМАН
Может быть, это маска Хозяина? А,
Надежда?

Примеряет маску и рычит на себя в мутное зеркало.

БРАХМАН
Ууу! Надежда! Наша надежда!!!
Ты где?

ДАЧА ХОЗЯИНА. ВЕЧЕР
Он раскрывает окно, тоскливо смотрит на верхушки сосен, пожевывая спичку, сплёвывает и принимается мочиться вниз, через подоконник, не снимая маски Хозяина.

ДАЧА. НОЧЬ
Он сидит в комнате на полу, застланном тремя разными красновато-бело-бордовыми-с-чёрным, коврами.
Узор ковра.
Ритмично играет на руках бельевой веревкой (“колыбель для кошки”). Раз - ещё раз - ещё.
Узор ковра.
Пауза…
Она разглядывает чёрно-белые фотографии в толстом альбоме с широкой металлической застёжкой. Пятидесятые, шестидесятые годы… Резко откладывает в сторону.

НАДЕЖДА
Нет! Сейчас не до этого. Не нужен нам
никакой трэш и никакой твой Ютуб нам не
нужен. Я знаю, что делать!!

БРАХМАН
Чай пить?


Ночь. Комод содрогается от ударов извне. Невнятный, омерзительный ор за дверью. Гулкие удары разносятся по всему дому. Девушка неотрывно смотрит на дверь и ее губы шевелятся.

НАДЕЖДА
Господи, спаси и помилуй, помоги, пожалуйста... куда бежать от них? Научи нас молиться...

Брахман склонился в другом углу над зеркалом, делает что-то, повернувшись к ней спиной.
Девушка оборачивается к нему.

НАДЕЖДА
Что ты там делаешь?

Он поворачивает к ней лицо, неожиданно белое, накрашенное как у женщины. Подносит палец к губам.

БРАХМАН
Тс-с!

Она замирает ошеломленная, ---
--- со слезами в голосе бросается к нему, хватает за рубашку, кричит.

НАДЕЖДА
С ума сошел! Артист хуев! Такое кругом
творится, а ему все игрушки мудацкие!
Шизофреник! Придурок! Ведь страшно же...


Она затихает и плачет.

За окном рассвет и грохот за дверью стихает, уходит наверх.

ДАЧА. РАССВЕТ
Медленно встаёт солнце, оба сидят бессонные и замерзшие. Он собирает рюкзак, прихватив резиновую маску Хозяина. Встаёт,  открывает окно.



Выбираются через окно,---
--- плотно прикрывают его снаружи.
Он, не оглядываясь, идёт вдоль забора с листовками, надписями и рисунками серой краской:
HALA  VANDALA ANARHIА
Чёрный знак анархии с буквой «А» в круге.

Она останавливается, оглядывается на дом.
Выходит на дачную улочку и, не оглядываясь, уходит в другую сторону.

БОЛЬНИЦА. ИНТ. УТРО
Красноштан лежит в больничной палате на койке. Окна забраны литыми решётками, с узором, напоминающим китайский иероглиф.
Лёжа на спине, он читает книгу, поставив на грудь. Заглавие крупным шрифотом:
Определитель насекомых
Входит Медсестра (28). Солнечные лучи пробиваются сквозь тонкую белую ткань халата, высвечивая белое бельё.
Присев на край койки, она гладит его по заросшей двухнедельной бородой, щеке.

МЕДСЕСТРА
Ну, вот и хорошо. И поправился, а то всю
дорогу что-то бредил про какой-то компьютер.
А кого ты там во сне всё видишь?

Красноштан опускает большую чёрную книгу на грудь и молча смотрит на неё, расплываясь в улыбке.
Пауза.

ДЕВУШКА
Ты меня видел во сне сегодня?

В палате с Красноштанoм коротает время санитар Михалыч в синем спецхалате. Он в своём углу позвякивает кипятильником в гранёном стакане с чаем. Медсестра выходит.

МИХАЛЫЧ
Вот нам на семинаре читали, слушай: Господин
был мастером каллиграфии, на его столе
лежали инструменты.

Он читает вслух из своей книжки, разложенной на тумбочке.
МИХАЛЫЧ
Слуга увидел, как господин стал
выводить слова, узоры и написал два
слова: «Мой брат». И приказал слуге
отнести тому нищему. Слуга передал
письмо и стал ждать, как нищий
отреагирует, но тот не сказал ни
слова, но подобрал с земли кремень и
тёмный след камня оставил те же слова,
но со знаком тире между двух слов: «Мой
брат – тире - мой брат».

КРАСНОШТАН
В зеркальном отражении.

КАБИНЕТ ДОКТОРА. ИНТЕРЬЕР. ДЕНЬ
С Красноштаном беседует Доктор. Здесь же сидит Вольф в сером костюме. Доктор наклоняется к лицу пациента:

ДОКТОР
На вашей совести много мертвецов.

Красноштан заученно гонит:

КРАСНОШТАН
«Преступление есть составная часть революции!
С помощью трёх метафорических деяний –
изнасилования, убийства и поджога - чёрные,
пролетарии и трудящаяся интеллигенция будут
освобождены от цепей рабства, а буржуазия
избавиться от своих сексуальных комплексов» .

Вольф не выдерживает:

ВОЛЬФ
   (орёт)
Если станешь врать, будешь отдан на съедение
Крысам. (впадает в истерику)Она начнет
обгладывать тебя, отгрызая маленькие кусочки,
дабы не вызвать преждевременной смерти. Это, естественно, продлится несколько часов. Если
же ты будешь хорошо отвечать на вопросы, мы
просто привяжем тебя к рельсам.

Вдали слышен свисток электрички и стук колёс отходящего поезда.







ДУРДОМ. НОЧЬ
Медсестра в белом халате входит в палату. Красноштан, лежа на спине, читает под лампой, укреплённой на стене в изголовье, книгу «Определитель насекомых».
Она присаживается рядом на край кровати, гладит его по заросшей щеке.
Он кладёт книгу на живот.

КРАСНОШТАН
Ты добрая? Да? Я тебя люблю и даже могу
жениться. Помоги мне, а?

Пауза… И тут Медсестра опускается к нему, поднимая одело.
Язык Медсестры и часть её лица (другая скрыта темнотой)над пупком, частично скрытым чёрными волосами на животе.
Щёлкает выключатель и всё погружается в темноту.
ГОЛОС МЕДСЕСТРЫ
Лампочка, лампоч… лампо…

Голос, повторяющий одно слово, угасает, уходит в тишину и темноту.
КЛУБ “Cinemafà”. ИНТЕРЬЕР. УТРО
В темноте высвечивается киноэкран.
В небольшом просмотровом зале, на экране заканчивается документальный фильм.

ЭКРАН:
В летнем лесу у костра сидит Илья-Че. Он моложе лет на семь-восемь, с бородой и в арафатке на плечах. С железной кружкой чая в руке даёт интервью.

ИЛЬЯЧЕ
Так вот, тогда только-только
назначили Хозяина на очередную
должность и объявили, что Ельцин
вот-вот назначит преемника. И
Федоровский сказал, что сейчас
очень важно создать Интернет-
газету, чтобы она была качественной,
независимой, чтобы её много народу
читало, а я тогда не понимал, зачем
это в принципе нужно, потому что
с моей точки зрения, Интернет
тогда был элитарным средством
информации. И к бизнесу это никак…
отношения не имело. Федоровский тогда
сказал: «Ты увидишь, пройдет три,
четыре года и это будет
единственное средство массовой
информации, которое люди смогут
свободно читать. Тот человек, который
сейчас станет президентом - он всё
закроет. Я тогда очень хорошо к нему
относился, контраст был на фоне Ельцина,
но Федоровский оказался гораздо более
прозорливым и, на мой взгляд, еще
тогда конфликт был предопределён.

На экране начинаются финальные титры.

В просмотровом зале резко вспыхивает свет.  В креслах сидят человек восемь-десять. (Среди них наши герои). Как только вспыхивает свет, в зал входит Брахман и садится в последнем ряду с краю.

Илья-Че выходит к экрану. Борода теперь аккуратно пострижена, лишь кожаная куртка напоминает о временах молодости.

ИЛЬЯ-ЧЕ
Вот такое кино. Вам, как поэтам… мастерам,
так сказать, художественного слова,
интересующимся кинематографом... так сказать,
подскажет ваш «дух коллективного поэта»… и…

Брахман, не вставая со своего места, перебивает:                    

БРАХМАН
Буржуазия так же будет освобождена?

Илья-Че говорит энергично, но заученно, как преподаватель:

ИЛЬЯ-ЧЕ
Естественно. Причем без массовых
жертвоприношений, так что количество
убитых, принадлежащих, кстати, в основном,
к женскому полу, всегда избыточному в
сравнении с мужским, покажется очень
небольшим на фоне грациозных, ой, извините,
грандиозных свершений.

В крайнем кресле седьмого ряда сидит Медсестра. Спрашивает возмущённо:

МЕДСЕСТРА
Но зачем вам пытки?


ИЛЬЯ-ЧЕ
«На то есть четыре главных причины. Прежде
всего, это самый убедительный довод, чтобы
заставить расколоться банкиров».

Надежда подбирается вся в кресле, выпрямляет спину и смотрит на ИльюЧе ---
--- Он бросает взгляд в её сторону и тут же принимается энергично выхаживать вдоль экрана, (видно, что брал уроки актёрского мастерства)

ИЛЬЯ-ЧЕ
«Затем, будущему обществу нужны святые
и мученики. В-третьих, это нужно для
фильмов, которые приносят большой доход,
если не жалеть средств на камеры,
осветительные приборы и другую технику.
За хорошие фильмы иностранные телекомпании
платят очень щедро... Рассудите сами,
ведь отдав узбека на съедение
крысе…» Сорри, конечно… - цитирую, сами
понимаете. Теперь они вынуждены «согласно
приговору, засняв это на пленку от начала до
конца, со всеми подробностями и крупными
планами, фиксирующими выражение лица, мы
получим четыреста тысяч евро!» От немецких
захватчиков! Ой, извините - заказчиков.
«Чтобы заключить сделку, нам пришлось
послать им подробнейший сценарий, а также
снять «пилот» и сделать множество фотографий»  .

Надежда ёрзает в кресле, поправляет свободную ситцевую юбку, заправляет её между колен.
НАДЕЖДА
Это будет эротический фильм?

ИЛЬЯ-ЧЕ
«Не обязательно. Существует серия для
антиглобалистов и зеленых, и даже для
голубых мусульманских фашистов - это
наш
эксклюзив». Почему может этот, как
там его – Гамбургер или
Бигмаков (смеётся) - показывать
«Криминальную Рашу», где бездомные,
которых они называют совковой
аббревиатурой «Б.О.М.Ж.», жарят на
костре и едят таких же бедолаг, как
они?!

ГОЛОС 1
                       (из зала)
Он что, немец?

ГОЛОС 2
Да он еврей!

АКТИВИСТ МАКС
(улыбается)
У нас главное - жид или не жид.

Хохот в зале.
Встаёт темноволосый, высокий парень из Грузии - Гия (18)

ГИЯ
                    (волнуясь)
А если жид, тогда что?

ИЛЬЯ-ЧЕ
Товарищи! Мы отвлеклись. Продолжим...
Создатели подобных серий стремятся достичь
катарсиса путем удовлетворения, невысказанных
желаний современного общества. Вы понимаете,
что означает слово «катарсис»?

ГИЯ
 (с места)
Естественно. Мы же не идиоты!

ИЛЬЯ-ЧЕ
Извините. Кроме того, есть фильмы,
они придерживаются в запаснике,
или, как у нас говорят - «на полке».
Спекулянты хотят заработать на
максимальной исторической достоверности.
Легко можно представить какую ценность
имели бы для любого университета,
готовящего докторов исторических
наук, записи казни декабристов,
Александра Ульянова или поход Сусанина
в лес. Расстрел Достоевского – тоже не
плохо, да? Кстати, вы знаете, что Ленин –
потомок Сусанина? Отпрыски этого  героя
были переселены в Симбирскую губернию,
где и родился Ильич. Мой сын тоже будет
Ильичом... Извините, отвлёкся. Но ничего –
большинство ваших флэшмобов и акций с
перфомансами, гораздо выразительнее и
артистичнее. Уже надо их снимать.

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА
Вы сказали о четырех причинах, а назвали
только три.

ИЛЬЯ-ЧЕ
               (несколько самодовольно)
Удовольствие.

ВВЦ. ПАВИЛЬОН «АРМЕНИЯ». ИНТ. ДЕНЬ
Кафе под высокими сводами. Медсестра, Брахман и Надежда с Гией, попивают кофе за небольшим столиком.
Подходит и подсаживается Янка. Молчит, ожидая, когда закончит своё сообщение Медсестра.

МЕДСЕСТРА
Да, в общем… и всё. Готово.

ЯНКА
Красноштан просил передать, что... он
чувствует себя хорошо.  Вот. Потом
доскажу.

Надежда смотрит на Янку ---
Янка твёрдо смотрит на Надю ---
--- глаза в глаза.

(Янка накрашена и одета, как гламурная пацанка: ярко и разноцветно)
ЯНКА
 (волнуясь)
У меня предложение: провести пацифистскую
акцию по перековке мечей на орала. Я
договорилась с кузнецами в Балашихе.
Ну… и… задокументировать.

МЕДСЕСТРА
Орала?

ГИЯ
Типа - перековка танков на молотки и серпы?

БРАХМАН
(набивает трубку)
А где взять танк?

ГИЯ
(доверительно смотрит на Брахмана)
Угнать из Музея танка Т-34? ---


Гия машет, загнутыми по два, пальцами обеих рук, характерным жестом давая понять, что, мол, в кавычках.

НАДЕЖДА
   (продолжает)

  Его открыли недавно… в Волокаламске.

БРАХМАН
Гия, зачем угонять? Там прямо и перековать...
А чо? Круто будет.

НАДЕЖДА
Илья-Че предлагает нам участвовать в
проведении акций и снимать их на видео.
Документировать (иронично смотрит на Янку)
у меня есть камера. Дорогая.

Брахман нетерпеливо перебивает её:

БРАХМАН
илья-Че ильичЁм ИльячЯм – всё разницы –
Зови уж его просто Ильичём. Я думаю над
предложением Ильича! ---
(смеются)
--- Нам нужна реклама…
(держит паузу, закуривая трубку)
Можно выйти на китайских коммунистов. У
меня есть там завязки…  некоторые связи,
так скажем.

Надежда делает вид, что ей не интересно, что говорит Брахман.
Она встаёт, идёт к стойке, берёт бутылку дорогого армянского коньяка --- пять звёздочек.

Все оставшиеся за столом, обсуждают предложение Брахмана. Слышны восторженные возгласы.

ЯНКА
Китаёзы – это класс!

ГИЯ
А грузины лучше.

БРАХМАН
Китай-город! Йоптыть. Даун-таун!

Смеются. Гия хлопает в ладоши.

Надя протягивает барменше тысячную купюру,---
--- та что-то говорит (не слышно – в павильоне эхо)

Янка и Брахман обнимаются, чмокая губами – два раза.

БРАХМАН
В Париже – три!!

ЯНКА
Раз! Два! Три!

Приветствуют друг друга по-французски, прижимаясь щеками.

--- Наденька добавляет ещё одну купюру, ---
--- пятисотенную.
За столом все слушают Брахмана.

БРАХМАН
В Китае все коммунисты. Здесь они
торгуют в основном в павильонах на
выставке, вон у главного входа в
павильоне «Россия», бывшем «СССР»,
где памятник как раз Ильичу.
Ленину - тому, что пока в мавзолее на
Красной площади.

Наденька, довольная собой возвращается к столу с бутылкой конька и парой шоколадок.

БРАХМАН
   (продолжает)
В главном павильоне у центрального
входа выставки, где памятник Ленину. Бывший
павильон «СССР». Его давно оккупировала
китайская мафия.

Наденька гордо ставит бутылку на стол и принимается шуршать фольгой шоколадок, потом демонстративно разламывает шоколад на дольки и раскладывает на серебристой фольге.

БРАХМАН
(примирительно в сторону Нади)
Красивая красота. Ага.

Все с удовольствие принимаются разливать, выпивать и закусывать.

БРАХМАН
(прожёвывая шоколад)
Главарём у них женщина лет шестидесяти, по
имени Ци Си. Я давно мечтал познакомиться с
китаянкой, а у неё дочь приезжает из Пекина
каждое лето. Вот, заодно и познакомлюсь.

Все дружно выпивают.

ДОМ БАНКИРА. ИНТЕРЬЕР. УТРО
В ванной комнате Наденька устанавливает видеокамеру. Бурлит джакузи.
Она включает камеру, ---
--- раздевается, ---
--- натягивает чёрную маску с дырками для глаз и разглядывает себя в затуманенном зеркале.

Надя выбирается из бурлящей воды на край джакузи, садится, опустив прекрасные ноги на плитку пола, где на каждой изображён, как на изразцах, ---
--- выпуклый знак лежащей на боку девятки,---
--- снимает маску, берёт со стеклянной полочки кривые блестящие хищно загнутые краями, маникюрные ножницы, ---
--- прорезывает в маске круглую дырку для рта.
Поднимается совершенно мокрая, ---
--- вновь напяливает маску, ---
---высовывает дрожащий, алый язычок в только что вырезанное отверстие с лохматыми краями.
---------------------------------------------------------------

ДОМ БАНКИРА. КОМНАТА. УТРО
В комнате она лежит обнажённая, покачиваясь, на «водной» кровати размером в полкомнаты, застеленной лиловым шёлком. Смотрит на двухметровый телевизионный экран на стене.

ЭКРАН:
Повторяются только что снятые в ванной комнате кадры с тайм-кодом.

КОМНАТА
Надя встаёт с кровати, накидывает на плечи лиловый шёлк покрывала, ---
--- покрывало краями тянется по паркету, выложенному шахматной доской.
Надя нажимает кнопку аудио центра (включает музыку),---
--- присаживается рядом на кушетку, ---
--- красит ногти на ногах ядовито-зелёным лаком, прижав колено к подбородку.
Край лилового шёлка сползает с её обнажённой спины.

МЕТРОПОЛИТЕН. УТРО
Вагон метро прибывает на станцию.
Через окна видны движущиеся назад чёрные буквы на серой мраморной стене:

К И Т А Й Г О Р О Д

Двери открываются, на платформу выходит Брахман в одежде хиппи-бездомного.

Двери закрываются, ---
Надпись на стекле дверей вагона:

не прислоняться
Поезд уходит, открывая буквы на мраморе:
 
К И Т А Й Г О Р О Д

МИЛЮТИНСКИЙ ПЕРЕУЛОК. ОСОБНЯК. ДЕНЬ
Брахман сворачивает с бульвара в тихий переулок. Через плечо у него сумка из жОлтого парашютного шелка с надписью, вышитой ядовито-зелеными нитками:
               M I S E R Y
В продранных на коленях джинсах он садится на тротуар против двухэтажного особняка, ---
--- достаёт из сумки картонку, пишет на ней широким красным маркером, яркими буквами:
   
ПАРУ  МОНЕТ НА ЕДУ И ПИТЬЁ

Ставит рядом початую бутылку красного сухого бордо, ---
принимается набивать короткую костяную трубку, ---
--- отпивая из горлышка. Мелькает белая этикетка бутылки.
В особняке напротив, окна второго этажа забраны ажурными литыми решётками ---
--- с иероглифом в центре каждой.
Высокое окно распахивается:
--- решётка открывается,---
--- блестят стёкла. В окне появляется китаец неопределенного возраста с распущенными до плеч волосами.
Он высовывается и смотрит на нищего,---
--- раскуривающего трубку. Дым обволакивает лицо Брахмана, обрамлённое длинными светлыми прядями.

Красная дверь с золотыми иероглифами раскрывается, выходит Хун Лу. Его темные волосы собраны в косу. Он направляется к бродяге-хиппи и поэту Брахману.


Ж/Д МОСТ. НАТ. РАССВЕТ
Громыхая,  мчится скорый поезд
На вагонах мелькает табличка «Пекин - Москва»

ВАГОН ПОЕЗДА. ИНТ. РАССВЕТ
У окна стоит Китаянка, красавица лет семнадцати (а может быть, двадцати пяти, у них это не разобрать). На стекле  - прекрасное лицо, месяц и над ним белая звезда.

ПЕРЕУЛОК. УТРО
Хун Лу подходит к Брахману.

ХУН
(приказным тоном)
Освободите дорогу. Скоро к нам съедутся
гости на автомобилях.

БРАХМАН
Это моя дорога.

ХУН
Как твоя?! если вот это - мой дом!

БРАХМАН
Нет - это мой дом.

ВАГОН. ИНТ. НОЧЬ
Китаянка одна в купе спального вагона.
На столике лежит толстая зеленая книга в сафьяновом переплёте - серебристые иероглифы на корешке –

        “Ицзин”

Титр:        книга перемен

Дрожит старинное зеркало с ручкой в виде единорога ---
--- отражает лицо склонившейся Китаянки – (неясное изображение, будто вот-вот исчезнет)

ОСОБНЯК. ИНТ. УТРО
Хун поднимается по парадной лестнице ажурного литья, ведущей на второй этаж.
Хун входит в каминный зал.
На массивном письменном столе разложены перья для занятий каллиграфией и стопка чистой, желтоватой бумаги. На стене плакат с изображением Белого тигра.

В камине потрескивают дрова, рядом аккуратно сложены березовые чурочки.
Рука с нефритовым кольцом выводит на листе бумаги черной тушью каллиграфическим почерком:

МОЙ БРАТ

Слуга (40) в темных одеждах стоит рядом. На нагрудном кармашке на сердце вышит красным мулине иероглиф.

ХУН
Отнеси бумагу тому нищему, что сидит
под окнами. Вон там, видишь?

ПОЕЗД. НОЧЬ
Скорый «Пекин – Москва» в предутреннем тумане мчится мимо спящих дачных домов, ---
--- с грохотом пролетает меж пригородных платформ, подавая сигнал, раздирающий покой предместья.
--- Придорожные кусты сгибаются под напором воздушной волны.

ВАГОН. НОЧЬ
Китаянка в своём купе что-то пишет, затем прячет листок в приготовленный чемодан и, приоткрыв дверь, ---
--- жестом приглашает проводника.
Проводник (48) уносит чемодан по тускло освещенному коридору, устланному ковровой дорожкой. Хлопает дверь в тамбуре, слышен грохот колес.

ПЕРЕУЛОК. УТРО
Брахман берет свиток из рук слуги, подносит к глазам ---
--- в круглом отверстии он видит затворяющееся окно, с прозрачными стеклами.

ВАГОН. НОЧЬ
Проводник открывает своим ключом дверь вагона и, дождавшись пустынной платформы полустанка, вышвыривает чемодан в кусты.

ПЕРЕУЛОК. УТРО
Брахман разворачивает лист и, глянув на буквы, вновь сворачивает в трубку, отдает слуге и тот уходит.

ПОЕЗД. НОЧЬ
Мчится вагон поезда. Распахивается дверь. Вылетает с огромной скоростью чемодан, ---
--- сокрушая на своем пути еще не окрепшие зеленые насаждения,--
--- сшибает человека в черной кожаной куртке, сидящего на корточках в кустах.

ОСОБНЯК. УТРО
Хун Лу, невозмутимо сидя за столом своего кабинета, берет свиток, разворачивает, ---
--- в гневе вскакивает, ---
--- бросает бумагу в камин,
--- где она неумолимо сворачивается в черный пепел. Что-то резко и коротко говорит слуге по-китайски.

ПЕРРОН ВОКЗАЛА. УТРО
Скорый «Москва – Пекин» подходит к Казанскому вокзалу.
Проводник открывает дверь.

ПЕРЕУЛОК. УТРО
К Брахману подходит прохожий, читает надпись на картонке, бросает монету. Брахман с удовольствием отмечает это приятное событие глотком вина.
Подходит Слуга, что-то лопочет по-китайски.
Подходят два китайца в темных одеждах, берут Брахмана под руки – (он не сопротивляется)
Уносят за угол особняка.

ПЕРРОН ВОКЗАЛА. УТРО
Поезд окончательно останавливается напротив группы китайцев. Китаянка спускается на перрон - в ее руке лишь портфель хорошей кожи.
С ней вежливо здороваются встречающие ---
--- и сопровождают, уважительно отстав на полшага.

ОСОБНЯК. УТРО
Хун Лу встречает у дверей девушку, забирает из её рук портфель,----- провожает в белую комнату с распахнутым окном. Здесь много книг, принадлежности для занятий лепкой: большой глиняный таз, выложенный серебряными пластинками с узорами, имитирующими морозные рисунки, чан с жОлтой глиной и множество фигурок из нее, расставленных по полкам. Подходит к окну, ---
--- на тротуаре так же сидит Брахман.
Он улыбается прекрасному лицу, ---
--- появившемуся в окне.
Стук в дверь комнаты.
Входит Мулатка (39). Слегка кланяется.

МУЛАТКА
Ваша мать ждёт вас.

КАБИНЕТ ОСОБНЯКА. УТРО
Двое мужчин, РУССКИХ (38) и НЕРУССКИХ (39) стоят у стола. Хун Лу достаёт из портфеля Китаянки чертежи, раскладывает на столе. В камине горят берёзовые аккуратно напиленные чурки.

РУССКИХ
Финансирование и строительство
лаборатории растянется на полгода.

НЕРУССКИХ
Местом строительства выбран… эээ…
бывший дом отдыха «Отличник». Вот!
Это по Киевскому шоссе.

ХУН ЛУ
(тычет в карту)
Это пятидесятый километр
Ленинского проспекта?

НЕРУССКИЙ
 (очень серьёзно)
Сороковой.

ХУН ЛУ
Первая партия Белого Китайца
Прибыла. Начинайте!

КОМНАТА ЦИ СИ. УТРО
Каменные своды, свет ламп дневного освещения.
Пожилая, но ещё крепкая китаянка с волевым лицом, полулежа на кушетке, наблюдает за мониторами с выключенным звуком.

МОНИТОРЫ:
На первом: совещание у Хуна.
На втором: комната дочери, обнажённая Китаянка выходит из ванны.
На шее кожаный шнурок с золотым ключом.
На третьем экране: русская баба сдаивает грудное молоко в большую китайскую пиалу, расшнуровав платье на правой груди.
Старуха сладко улыбается и смотрит ---
--- на процесс сдаивания: женские руки разминают коричневатое окружие соска, пальцами направляют молоко на белый край подставленной под грудь, чашки.

КОМНАТА КИТАЯНКИ. УТРО
Китаянка в накинутом халатике подходит к окну –--
--- на тротуаре через переулок никого нет.

КОМНАТА ЦИ СИ. УТРО
Гобелен с изображением белого оленя на стене покоев Цин Си.
На его фоне появляется мулатка, несущая на серебряном подносе пиалу с грудным молоком.
Ци Си выпивает всю пиалу, не отрываясь от происходящего на экране:
На мониторе ее дочь смотрит в окно.
Ци Си что-то долго говорит мулатке по-китайски – (перевод субтитрами)
Субтитры:         проследи за ней

Служанка молча слушает, кланяется и уходит.

УЛИЦА. НАТУРА. ДЕНЬ
Бродяга Брахман, идёт проходными дворами ---
--- выходит к Сретенскому монастырю.

МОНАСТЫРЬ. НАТУРА. ДЕНЬ
Брахман идёт через двор Сретенского монастыря мимо храма,--- поднимается по каменным ступеням в мастерскую реставраторов.

МАСТЕРСКАЯ. ИНТЕРЬЕР. ДЕНЬ
Реставратор в рабочей одежде, с еще не отмытыми руками, его длинноволосый помощник инок Досифей (17)  и «бродяга» Брахман выпивают и закусывают за большим деревянным столом.
Рядом с Брахманом жОлтая сумка из парашютного шёлка с надписью вышитой нитками мулине.
Досифей разливает кагор.
Среди компании РОМАН (22) с цыганской физиономией. Брахман выпивает и рассказывает свою новую историю.

БРАХМАН
Есть теория, что вода несёт в
себе всю информацию с
момента зарождения Земли.
У меня идея: надо придумать
такой прибор, вроде удочки с плейером
и забрасывать в пруд возле дома. О
зарождении жизни можно разузнать всё...

Вдоль стен стоят массивные иконы в богатых окладах.
Реставратор допивает и направляется к иконам.
Брахман ложится отсыпаться на постеленное поверх сундука лоскутное одеяло.
Реставратор обрабатывает самую старую икону: слегка обмахивает её метелочкой.
Входит Роман и направляется к спящему на сундуке Брахману
----------------------------------------------------------------
Реставратор обрабатывает самую старую икону: протирает фланелью.
Роман тормошит Брахмана.
Реставратор лёгкой беличьей кисточой нежно помахивает по открывающемуся изображению.
Брахман открывает глаза.
Лик иконы являет лицо мадонны.
Роман и Брахман выходят за дверь мастерской и закрывают за собой массивную, кованую дверь.

КРЫМСКИЙ МОСТ. НАТ. ДЕНЬ
Брахман бежит за Романом по мосту над рекой.

У КРЫМСКОГО МОСТА. НАТУРА. ДЕНЬ
Набережная, осенённая огромной фигурой Петра.
Китаянка в белом, европейском платье, в сопровождении Мулатки гуляет по вернисажу возле ЦДХ, разглядывая, выставленные на продажу картины.
Брахман и Роман - его чёрные волосы намазаны гелем и зачесаны назад - следят за Китаянкой, укрываясь за картинами художников.
Мулатка видит Романа ---
--- и он видит её.
Роман подмигивает Мулатке и ---
--- она отвечает ему тем же (заговор?)
Она видит Брахмана с Романом.
Китаянка узнает Брахмана, но не подает вида.
Друзья следуют за Китаянкой.
Она оборачивается, ---
--- слегка улыбается Брахману.

РОМАН
Улыбнулась, смотри!

БРАХМАН
Ага, жди. Так тебе Китаянка будет
улыбаться…

РОМАН
Да ты чо, ромалэ! зуб даю –
улыбнулась, отвечаю, ты чо,
Брахман! Твоя будет. Тебе улыбнулась!

Роман улыбается ослепительной улыбкой и в его переднем зубе сверкает вставленный туда бриллиант.

КИТАЙСКИЙ РЕСТОРАН «ХРАМ ЛУНЫ». ИНТЕРЬЕР. ДЕНЬ
Вывеска (китч - буквы вывески стилизованы под иероглифы):

ХРАМ ЛУНЫ

Китаянка с мулаткой входят в ресторан.
Роман тянет за рукав Брахмана.
Они направляются за Китаянкой.

ПАРК. НАТУРА. НОЧЬ
В большом парке, сквозь деревья просвечивает улица, где жолтым моргает светофор.
По дорожке, выложенной плиткой, вокруг пруда медленно едет микроавтобус-трейлер.
Подъезжает к фонарю возле зелёной горы, насыпанной ландшафтными дизайнерами.
За рулём микроавтобуса Улька. Дверь отодвигается и появляется Надежда с большой профессиональной видеокамерой в руке, за ней Медсестра в белом халате и кроссовках.
Мелькают её голые ноги.

ДУРДОМ. ИНТЕРЬЕР. НОЧЬ
Санитар Михалыч будит Красноштана, выводит его из палаты, по коридору второго этажа подводит к двери кабинета врача, ---
--- отпирает висячий замок на решётке окна.
Красноштан стоит в проеме двери.

ДУРДОМ. ЭКСТЕРЬЕР. НОЧЬ
(Видеоизображение)
Через прибор ночного видения: Окно кабинета врача распахивается. Красноштан рушится из окна на кусты.
Медсестра в белом халате и Красноштан, бегут, держась за руки, по траве парка к большой полукруглой горе (произведение ландшафтного дизайна) со скамейками поверху.
Лезут в гору, бегут поверху, где на скамейке сидят молодые люди в свете фонаря, меняющего цвет. ---
--- Синий свет фонаря, отражаясь на листьях деревьев, плавно меняет цвет, на красный.
Надя подходит  к Ульке, сидящей за рулём микроавтобуса.  Двигатель продолжающим работать.
Держит перед собой видеокамеру, направляя её прямо в лицо Ульке. Та отстраняется и принимает камеру в руки.
Микро резко дёргается.

МИКРОАВТОБУС. ИНТ. НОЧЬ
Микро трогается и Красноштан с Янкой рушатся на пол, застеленный поролоном в чехле цвета хаки.
Михалыч и Медсестра падают на костюмы, зарывшись среди старых пиджаком и плащей и всяческих шапок.

ЯНКА
  (кричит)
Аллилуйя!!

Микро резко набирает скорость, несётся вокруг пруда, взлетают с криками утки.

ДВОР МОНАСТЫРЯ. НАТУРА. УТРО
Китаянка прогуливается с Брахманом по двору Сретенского монастыря. Он поглядывает на часы. К храму быстро идёт инок Досифей.
Брахман ведёт Китаянку к двери в храм, куда входит инок Досифей, делая знак рукой, мол, быстро идите за мной!

ХРАМ. ИНТЕРЬЕР. УТРО
Китаянка рассматривает интерьер храма, озирается, задирает голову вверх. Ей нравится, она поражена иконами, их яркими красками.

МАСТЕРСКАЯ. ИНТЕРЬЕР. ДЕНЬ
Реставраторы работают с иконами. Брахман и Китаянка сидят за чисто вымытым деревянным столом у окна. Она долго заваривает заваривает чай в белом большом чайнике, ставит белую пиалу перед Брахманом.
Реставратор очищает изображение на иконе. Долго и подробно.
Китаянка, тем временем, рассказывает притчу:

КИТАЯНКА
За городом, за рекой жила
женщина. Человек любил женщину
и ходил к ней за реку,
переплавляясь вплавь туда и
обратно. О ней он никому не
рассказывал. Её дом был
почти у реки. И он приходил к
ней, они ложились и он уходил и
вновь переплывал реку. Как-то он
лёг и они были лицом к лицу и
человек увидел родинку на её лице.
«Я никогда не видел её».
«Она была всегда». И она не
говорила более о родинке, но
попросила не входить сегодня в
воду, не плыть через реку. И она
больше не говорила. И он лёг с ней.
Потом он ушёл и вошёл в реку.
Всё было как всегда: силы его,
течение реки и глубина - всё. Но он
стал мёрзнуть. И замёрз… и умер.


КОМНАТА ЦИ СИ. ИНТЕРЬЕР С ДОСТРОЙКОЙ. НОЧЬ
Ци Си лежит в постели, экраны мониторов погашены. Хун сидит на краю постели, у её ног.

ХУН
Наша дочь встречается с бедным
русским. Он ещё и поэт. Этому
надо помешать.

ЦИ СИ
Надо срочно выдать её замуж
за сына мэра города. Я тебе
говорила. Скажи Барону.

ОСОБНЯК. КОМНАТА КИТАЯНКИ. НОЧЬ
Хун подходит к двери, осторожно стучит, прислушиваясь.
Входит в комнату.
Китаянка отрывается от небольшой фигурки воина из жОлтой, сырой глины.
Оборачивается.

ХУН
Ты наказана и будешь находиться
под домашним арестом. Мать твоя так
решила…

КАМИННЫЙ ЗАЛ. ИНТЕРЬЕР. НОЧЬ
Хун Лу снимает со стены плакат с изображением Белого тигра.
Хун Лу сжигает в пламени камина плакат с изображением Белого тигра.

МИКРОАВТОБУС. ИНТ. НОЧЬ
Красноштан набирает на ноутбуке воззвание короткими лозунгами:

СКОРО СКОРО СКОРО ВЫСТРЕЛИТ АВРОРА!
АГРЕССИЯ ЛУЧШЕ ЧЕМ ДЕПРЕССИЯ!
НАС НЕ ПЕРЕСАЖАТЬ!!
БЕСАМ НУЖНО ОБЛАМЫВАТЬ РОГА!!!
ПЕРШИНГИ ВЛЕТЕЛИ !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Красноштан яростно тычет в одну и ту же кнопку, набирая бесконечное количество восклицательных знаков, потом придавливает кнопку и знаки множатся на глазах, заполняя ими экран ноутбука.
Напевает песню


КРАСНОШТАН
(напевает)

… спи мой крейсер Аврора… спи… мой
Крей-сер… Ав ро ра…


МИКРОАВТОБУС. ЭКСТ. НОЧЬ
Возле боковой дверки микро, припаркованного у стены особняка, Янка в ядовито-зелёной и будто светящейся в темноте, маске-шапке с прорезями для глаз, аэрографом что-то распыляет тёмной краской по белому борту микроавтобуса.

КОМНАТА КИТАЯНКИ. ИНТЕРЬЕР. НОЧЬ
Китаянка открывает золотым ключиком, что всегда у неё на груди, раздвижную решетку окна своей комнаты.
Китаянка выглядывает в окно и видит внизу ---
микроавтобус с фигурой человека в вязаной шапке, склонившегося с баллончиком краски у борта.
Китаянка в чёрной шёлковой тройке мужского покроя, выбирается на подоконник и повисает, в темноте нашаривая ногой жОлтую газовую трубу в метре ниже окна.
С трубы она прыгает на крышу микроавтобуса.

ГУМ (главный универсальный магазин). ИНТЕРЬЕР. УТРО
В огромном магазине на Красной площади, по галереям бегает Красноштан в красных штанах и бархатном зелёном пиджаке. Раздаёт листовки.
На ходу он сбрасывает пиджак. Суёт листовки кому попало.
На лестнице, ведущей вниз к прилавкам многочисленных лавок, он снимает красные штаны, оставляет их на каменных ступенях.
Голый Красноштан бегает вокруг работающего фонтана, рассекая водную пыль, предлагает людям листовки - никто не берёт.
Люди отпрыгивают от безумного голого человека с намокшим от водяной пыли, волосатым на животе, телом.
Красноштан принимается разбрасывать листовки. Появляется охранник.
Красноштан удирает - покупатели во главе с охранникомо, гонятся за ним по галерее.
Красноштан забегает в широкие двери.
Над дверями - вывеска:

К И Н О З А Л

ЗАГОРОДНОЕ ШОССЕ. НАТУРА. РАССВЕТ
Микроавтобус медленно едет посередине пустого шоссе.
На радиаторе надпись:

“I V E C O”

На борту свеженамалёванный анархистский знак.
За рулём Улька с остриженной, почти «под ноль», головой.
На правой руке красный эластичный бинт, обмотанный крест на крест вокруг ладони.
Рядом на пассажирском сиденье Янка разглядывает её голову. Осторожно проводит кончиками пальцев по выбритой цофре девять, лежащей как бы на боку.
В салоне, за головой Ульки – видны шепчущиеся Китаянка с Брахманом.

У РЕКИ. НАТУРА. РАССВЕТ
Микро спускается к реке возле моста, останавливается.
На берегу Китянка, Улька с Янкой и Брахман собирают костер.
Брахман брызгает из баллончика на хворост и поджигает зажигалкой.
Вспышка огня.
Солнце встаёт над высоким берегом реки, отражаясь в окнах двадцатипятиэтажного дома за лесом. Пищат комары.
Брахман омывает обнаженную Китаянку, стоящую по колено в воде.
По песку скачут голые Янка и Улька.

УЛЬКА
Купала! Купала! Крешщение!

ЯНКА
Крещение! Кострома! Кострома mon
аmour!

Брахман снимает со своей шеи крестик на тонком кожаном шнурке и надевает через голову, блаженно улыбающейся Китаянке.
На её голой груди две шнурка: с золотым ключиком и серебряным крестиком.

УЛИЦА. МИКРОАВТОБУС. ВЕЧЕР
Красноштан в одежде явно с чужого плеча, спит на куче костюмов, снятых с вешалок. Работает маленький переносной телевизор. На экране документальные кадры (черновой монтаж с тайм-кодом) митинга на Пушке.
Рядом «по-исламски» сидит Улька. Внезапно помехи начинают мешать приёму передач, врываются какие-то посторонние голоса: оказывается, телевизор ловит переговоры милицейских walky-talky. Улька будит Красноштана.

ЯНКА
Красноштан, смотри, что это?
Кто это говорит?

КРАСНОШТАН
 (открывает глаз)
А... Это межгалактическая полиция.
Опять ловят кого-то... Может, нас?
Валим отсюда!

ПОДВАЛ. ИНТЕРЬЕР. УТРО
Красноштан ведёт Янку в подвалы под домом.
Бредут в системе городских подземных коммуникаций.
У Красноштана безумно поблёскивают глаза в свете мобильника Ульки.
Выходят в зал, где откуда-то появляется свет.  
В зал из другого тоннеля входит компания из четверых диггеров с шахтёрскими фонарями на головах. Впереди них идёт КАЗАХ (50). Диггеры молча проходят мимо.
КАЗАХ несёт на плече чёрного котёнка, испачканного по самые глаза белой извёсткой.
Диггеры и Казах совсем не реагируют на встречных.
Уходят.

СОФЬИНО. ВЕЧЕР
Посёлок двухэтажных, однотипных особняков. Закатное солнце на старых черепичных крышах, кое-где покрытых мхом.
На смотровой башне, возвышающейся над домами ближе к лесу, прогуливается БАРОН (55), седовласый, статный мужчина цыганского типа.
Он расхаживает, иногда останавливается, всматриваясь в небо, постепенно багровеющее над верхушками елей и сосен.

БАРОН
Нынче ветрено и волны с перехлестом.
Скоро осень, все изменится в округе.
Смена красок этих трогательней, Постум,
(обращается к Мэру)
чем наряда перемена у подруги.

МЭР (70) стоит вполоборота к Барону, облокотившись на перила, смотрит на крыши домов у леса.

БАРОН
 (продолжает)
Дева тешит до известного предела -
дальше локтя не пойдешь или колена.
Сколь же радостней прекрасное вне тела:
ни объятья невозможны, ни измена! ---


Грозит пальцем человеку, похожему на Лужкова.

--- «Посылаю тебе, Постум, эти книги.
Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко?
Как там… наш Хозяин? Чем он занят? Все интриги?
Все интриги, вероятно, да обжорство.

Я сижу в своем саду, горит светильник.
Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.
Вместо слабых мира этого и сильных --
лишь согласное гуденье насекомых.---

Рядом с Мэром на широкой доске перил лежит короткая костяная трубка в массивной пепельнице из уральского самоцвета. Солнечный луч угасает в полупрозрачном камне.

--- «Пусть и вправду, Постум, курица не птица,
но с куриными мозгами хватишь горя.
Если выпало в Империи родиться,
лучше жить в глухой провинции у моря.

Роман вносит поднос с фруктами. Ставит на стол, улыбается Барону и молча, уходит. С ним сталкивается КОРЕЕЦ (30), которого вталкивают на площадку охранники.

БАРОН
Ну, что, падла? Скурвился?
Снюхался с китайцами? Убрать.

ПОДВАЛ. ИНТЕРЬЕР. ДЕНЬ
Красноштан находит грибы-мутанты, растущие на трубах. Срывает,---
--- соскабливает ложкой.

КРАСНОШТАН
Они содержат совершенно новое,
известное лишь мне одному,
психоактивное вещество,
позволяющее общаться с Единым
Богом.

Соскабливает ложкой грибы с поверхности трубы.
Совершенно сумасшедший взгляд.

МИКРОАВТОБУС. ИНТ. НОЧЬ
Красноштан и Янка в микроавтобусе. Красноштан готовит на фирменном газовом примусе варево из волшебных грибов.
Он выпивает булькающее пойло и вытягивается на полу, застеленном поролоновым матрасом в чехле цвета хаки.

КРАСНОШТАН
Сейчас, сей час… товарищ по матрасу…

Красноштан тянет к ней руку и закрывает глаза.
Янка сидит рядом на полу, ждёт.
Красноштан неподвижен.
Янка трогает его, поднимает веко - он мёртв.
Янка выскакивает из микро.

ЯНКА
Умер! Умер! Он умер.

У РЕКИ. НАТУРА. НОЧЬ
Ночь. Корейца Ю ведут на реку.
Цементируют ногами в алюминиевом ведре.

Видеоизображение(с камеры Надежды с тайм-кодом)
Охранники толкают Корейца в речку с деревянных мостков для стирки.
Он, балансирует руками, ---
--- приседает и кружится, оставаясь на плаву ---
--- уплывает за поворот к звездам в небе.
В свете Луны, из прибрежных кустов торчит объектив видеокамеры - кто-то невидимый снимает весь процесс.

ОСОБНЯК. ИНТЕРЬЕР. УТРО
Китаянке завозят жОлтую глину в большом медном чане. Запирают.
Китаянка лепит из глины человечка.
Хун Лу готовит чай на кухне, подсыпая туда какую-то травку. Тут же крутится Мулатка.

ХУН ЛУ
  (Мулатке)
Подашь, когда она попросит чаю.


КОМНАТА КИТАЯНКИ. ИНТЕРЬЕР. УТРО
Китаянка лепит жОлтых, глиняных человечков. Их становится все больше.
Входит Ци Си.

ЦИН СИ
Теперь знай. Твой жених - сын Мэра.

КИТАЯНКА
Мама, прости, но ты - оборотень.
Отец половину жизни провел борясь
со стихией, он исходил всю страну,
взбираясь на горы и переходя вброд
реки. Он видел, что духов, оборотней
и другой нечисти там немало, и знал,
как трудно людям бороться с ними.
Он научил меня этому. У меня есть
изображение всех духов в мире.

На полках стоят ряды глиняных фигурок.
Ци Си быстро выходит из комнаты, сверкнув, расшитой серебром, полой халата.

Входит Мулатка с подносом, молча ставит на пол, возле работающей с глиной Китаянки. Девушка отказывается от еды, покачав головой и отвернувшись. Когда Мулатка уходит, она всё же пьёт сонный  чай.

КИТАЙСКОЕ ПОСОЛЬСТВО. ИНТЕРЬЕР. ВЕЧЕР
Бал-маскарад. Костюмы и маски, подчас босховские. Мэр в маске китайца беседует о чём-то с Хун Лу.
Приходит Брахман в маске Хозяина (той, что прихватил на даче в ПЕРЕЛКИНО). Ищет кого-то, ходит среди приглашенных с бокалом шампанского в руке, слушает обрывки разговоров. Озирается, ставит пустой бокал на комод, уставленный глиняными фигурками.
Направляется к туалетам и тут двое в серых костюмах: Огромный (30) и Мелкий (30) - хватают, входящего в туалетную комнату, Брахмана. Возле раковин сдирают с него маску. Брахман без сознания.

МЕЛКИЙ
Он.

Подсовывают лицом к фену для сушки рук. Огромный давит на кнопку. Фен дует – Брахман не открывает глаз.
Тащат его по коридору, по лестнице в комнату верхнего этажа, заваленную битым стеклом. За окном строительная люлька.
Кладут Брахмана на кучу стекла, Огромный достаёт из кармана  рулон лейкопластыря, заклеивает рот Брахману полоской шириной 3, 4 см.

МЕЛКИЙ
Давай белого китайца!

Шприцом вкалывают ему через одежду белую молочную жидкость.

Мелкий сладострастно давит на шприц.

МЕЛКИЙ
Сыворотка правды, йоптыть…

ОГРОМНЫЙ
(напарнику)
Покурим.

Уходят. Брахман чудесным образом освобождается от пут, выбирается за окно, спускается на строительной люльке к земле.

Бежит вдоль заборов, где висят оборванные остатки предвыборных плакатов.
Через дворы, за гаражами, сшибая ящики, опрокидывая мешки с картошкой и старые коляски, бежит Брахман. При этом гонит всю правду:

БРАХМАН
Жить с иллюзией или по ту
сторону иллюзий? Мне моя иллюзия
дороже вашей правды. Они – мне!
– предлагают реальность?! Червивый
комок. Эти личинки скрежещут
зубами по стёклу. Скот мычит и
блеет. Агонизирует в облаке тёплой
вони. Демонократия!

Бездомный у помойки топчет пивные банки.
Брахман пробегает мимо под хруст банок об асфальт.

БРАХМАН
Большой взрыв! Чистое уничтожение -
Окончательное! Завершенное.
После него уже некому будет
подтирать кровь с пола. Сверкающее
колесо света! К обрыву! Через край!
В черную бездну. Я блюю. Я
существую. Я - Бетховен! Не не
напишу вам ни слова!! Ни строчки.

Выбегает между домами к старой котельной с высокой кирпичной трубой. У мусорных баков, где копошится тёмная фигура человека, он спотыкается и падает на асфальт, под хруст последней, литровой банки, массивной подошвой, расплющенной, сапогом бездомного.
Брахман поворачивается на спину ---
--- в небе, пересечённом множеством проводов, торчит кирпичная труба котельной.

БРАХМАН
(шепчет)
Господи… ни строчки…

ОСОБНЯК. ИНТЕРЬЕР. НОЧЬ
Китаянку мучает жажда, она пьёт воду, ей плохо, неловко задевает стеллаж с жОлтыми человечками и они рассыпаются по полу. Оживают в панике (пластилиновая мультипликация).
Китаянка падает в обморок, раскинув руки, среди, будто оживших, глиняных фигурок ---
--- вспышкой сознания она видит Брахмана ---

КОТЕЛЬНАЯ. НАТУРА. НОЧЬ
--- на фоне свинцово-серого неба труба из кирпича с зацементированными скобами лестницы, уходящей вверх.
Брахман лезет по ним к небу, перебирая руками одну за другой.  

ОСОБНЯК. НОЧЬ
Китаянка лежит на полу. Открывает глаза. Стряхивает с лица не  просохшие глиняные фигурки, мнёт их руками и отбрасывает прочь.
Подходит к стенному шкафу, раздвигает двери, снимает плечики с чёрным шёлковым костюмом-тройкой.
Раздевается.
Снимает с шеи шнурки с золотым ключом и серебряным крестом. Крест зажимает пока губами.
Ключом она открывает внутреннюю, литую решётку с рисунком, похожим на иероглиф.
Через окно выбирается на карниз, на жОлтую газовую трубу, протянутую в метре под окном.
В зубах она держит крестик.
Спрыгивает на газон, падает на спину.
В чёрной шёлковой тройке, сливаясь с теменью вокруг, она, пошатываясь, бредет через проходной двор, заваленный коробками с китайскими товарами.

МОНАСТЫРЬ. НАТУРА. НОЧЬ.
Выходит к Сретенскому монастырю. Во дворе она находит  Красноштана с Янкой. С ними инок Досифей ((18)

КИТАЯНКА
Где Брахман?!

Букву «Н» на конце она не произносит. Пошатываясь, практически падает им на руки.

МАСТЕРСКАЯ. ИНТЕРЬЕР. НОЧЬ
У реставраторов Досифей поит Красноштана и Янку с Китаянкой кагором, ставит чай.
Китаянка засыпает на сундуке. Досифей укрывает её лоскутным одеялом.

СОН КИТАЯНКИ № 1
Она видит лицо Брахмана, с развевающимися по ветру, светлыми на фоне свинцового неба, кудрями ---
--- Брахман лезет по лестнице вверх, переступая тяжёлыми ботинками на рифлёной подошве по скобам, зацементированным между старыми кирпичами ---
--- ботинок оскальзывается…

МАСТЕРСКАЯ. ИНТ. НОЧЬ
Китаянка вздрагивает всем телом и спит дальше.
Красноштан и Янка за столом. Реставратор подробно очищает лик на старой иконе, постепенно открывая предыдущий слой ---
--- появляется лицо Богородицы.

КРАСНОШТАН
А ведь она могла бы нам помочь
договориться с китайцами
в павильоне «СССР»... бывший СССР,
теперь «РОССИЯ»… На выставке, знаешь?
Где ещё с Поля Чудес подарки хранят.

Пауза заполняется случайной музыкой и светом.

Где же Брахман? Он должен знать
по-китайски... (смеются)Дай-ка
мобильник, я его вызову.

ЯНКА
Да у него сроду не было мобильного.

Она идёт к спящей Китаянке, укрывает её лоскутным одеялом.
Инок Досифей с тесьмой вокруг лба, удерживающей длинные прямые волосы неопределённого цвета, тихо стоит у окна, недалеко от  работающего Реставратора.
Он открывает лик Богородицы.

КАФЕ. ИНТ. ВЕЧЕР
Роман и Надя сидят друг напротив друга за маленьким сервированным  столиком, покрытым белой скатертью.
Она кладёт на его салфетку маленькую, сантиметров пяти-шести, видеокассету DV-cam и он тут же убирает её в карман.

НАДЕЖДА
(тихо)
Брахман не должен знать о деньгах.

Роман кивает в знак согласия.

НАДЕЖДА
(громче)
Никто не должен.

Приближается официант с подносом, уставленным тарелками. Ставит на стол бутылку красного бордо с белой этикеткой.

РОМАН
(громко)
С днём рождения!

ОФИЦИАНТ
Бордо-медок.

ДВОР МОНАСТЫРЯ. НАТУРА. УТРО
Возле храма безлюдно. Брахман, Китаянка, инок Досифей входят в двери храма.

ХРАМ. ИНТЕРЬЕР. УТРО
Из-за аналоя, выходит священник. Подходит к ожидающему Досифею.
Инок Досифей тихо говорит с ним о чем-то.
Китаянка ожидает на деревянной скамье у входа.
К ней подходит Улька в платке цвета морской волны.
Брахман и Китаянка венчаются в храме (обряд тайного венчания). Присутствуют Красноштан, Янка с Улькой, инок Досифей всегда рядом.
Тихо подходят... продолжение

комментарии (7)

Александр Кузнецов 11 декабря 2011, 21:01

продолжение на Прозеру - автор Саша Валера

Александр Кузнецов 11 декабря 2011, 21:14

Proza.ru

Александр Кузнецов 14 декабря 2011, 11:11

На прозе, как Саша Валера

Александр Кузнецов 24 января 2012, 15:33

удалено автором

Александр Кузнецов 24 января 2012, 15:33

удалено автором

Александр Кузнецов 10 июня 2012, 13:51

в процессе совершенствования, пока продюсеры считают проект "неперспективным"

Александр Кузнецов 12 января 2013, 13:46

неперспективным --- в нашей стране


необходимо зарегистрироваться на сайте и подтвердить email