Главная / Лента новостей
Опубликовать: ЖЖ   Facebook

Стенограмма совета по кино.

опубликовал | 25 мая 2013

модератор КиноСоюз | - просмотров (116) - комментариев (2) -

Источник: http://www.proficinema.ru/news/detail.php?ID=143448

24 мая 2013 года, в Сочи, Президент России Владимир Путин провёл совещание по вопросам развития отечественной кинематографии. Главные темы встречи: борьба с пиратством, вопросы государственного финансирования производства, проката и PR отечественного кино, взаимодействие Министерства культуры и Фонда кино, тематика и качество фильмов, этическая хартия участников киноиндустрии, дополнительное образование и плата за второе высшее образование.

Присутствовали: Министр культуры Владимир Мединский, Замглавы Администрации Президента Вячеслав Володин, Вице-премьер Ольга Голодец, помощник Президента России Эльвира Набиулина, Министр финансов Антон Силуанов, председатель Союза кинематографистов России Никита Михалков , председатель КиноСоюза Андрей Прошкин председатель комитета по культуре Станислав Госдумы Говорухин, председатель Попечительского совета Фонда кино Владимир Толстой, исполнительный директор Фонда кино Антон Малышев, генеральный директор «Мосфильма» Карен Шахназаров, глава ВГТРК Олег Добродеев, глава Первого канала Константин Эрнст, ректор ВГИК Владимир Малышев, продюсеры: Ренат Давлетьяров (Интерфест), Леонид Верещагин (ТРИТЭ), Сергей Сельянов (СТВ), Анатолий Максимов (Дирекция кино), Федор Бондарчук (Главкино), Алексей Учитель (Рок), режиссеры: Владимир Меньшов, Джаник Файзиев, Алексей Гуськов, Алексей Пиманов, и другие.

Главные темы: борьба с пиратством, вопросы государственного финансирования производства, проката и PR отечественного кино, взаимодействие Министерства культуры и Фонда кино, тематика и качество фильмов, этическая хартия участников киноиндустрии, дополнительное образование и плата за второе высшее образование.

Предлагаем нашим читателям первую часть стенограммы совещания.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые друзья!

Я сказал: «Добрый день», но сегодня день печальный. Вы знаете, что ушёл из жизни выдающийся советский и российский кинорежиссёр, кинооператор, сценарист, актёр Пётр Ефимович Тодоровский. Я приношу соболезнования всем его близким. (Минута молчания.)

Уважаемые коллеги, мы встречаемся регулярно, вместе стараемся найти пути развития такой важной сферы деятельности и такого важнейшего направления в искусстве, как развитие киноискусства. Думаю, вы согласитесь, что поддержка отечественного кино со стороны государства в последние годы постоянно растёт, но сегодня проблемы нашей киноиндустрии упираются не только в деньги, хотя, разумеется, без них сделать ничего тоже невозможно.

За последние годы на развитие отрасли только из федерального бюджета перечислено почти 58 миллиардов рублей. Созданы и должные условия для работы. Во всяком случае, многое в этом направлении сделано. Учтены сотни пожеланий участников киносферы, режиссёров и прокатчиков, сформирована необходимая законодательная база, определены льготы по финансированию производства, в сфере таможенного регулирования и хозяйственной деятельности киноорганизаций, обеспечены существенные налоговые стимулы. Для эффективного решения задач отрасли созданы профильный правительственный совет и федеральный фонд социальной и экономической поддержки отечественной кинематографии, который получил широкие полномочия и возможности.

Насчёт финансирования хотел бы справочно довести до вас, в общем-то, известную, несекретную информацию. Объём финансирования кинематографии с 2000 года (он тогда был 528,6 миллиона рублей) по 2013 год увеличился в 12,5 раза. Сегодня, в 2013 году, он составляет 6 612 200 000. То есть был всего 528 миллионов, стал 6 миллиардов 612 миллионов.

Государство делает многое, чтобы российская киноиндустрия стала конкурентоспособной и отвечала требованиям времени. Вполне логично, что люди рассчитывают на адекватную отдачу: на то, что у нас с каждым годом будет всё больше лент, отвечающих и стратегическим задачам развития страны, и запросам общества, несущих серьёзную, созидательную и образовательную силу, образовательный и созидательный заряд, продвигающих ценности здорового образа жизни, патриотизма, духовности, милосердия и ответственности. Однако нужно признать, что мы пока всё ещё далеки от реализации всех этих целей. Зарубежные фильмы укрепляют свои позиции в нашем прокате, а доля зрительского интереса к российским лентам по кассовым сборам составляет сейчас всего 15,5 процента. Я уже не раз говорил, государство может помочь снять кино, но ему не под силу заставить людей это кино смотреть, если оно их не устраивает. Места для отечественных лент зарезервировать можно, главное – чем эти места заполнить.

Что особенно важно, российский зритель не перестаёт верить в родную кинематографию, мечтает о крепком, национальном кино и искренне радуется его успехам. Достаточно вспомнить, как принимала публика «Фауста», «Адмирала», такие, увы, не частые в нашем кино творческие победы, как «Елена», «Брестская крепость», которые, кстати сказать, имели весьма скромный бюджет, когда над ними шла работа. А «Легенда № 17» покорила миллионы зрителей всех поколений и уже более месяца держится в прокате, несмотря на появление новых и достаточно сильных зарубежных блокбастеров.

Твёрдо уверен, что наши граждане выбирают не между иностранным и российским кино, а между хорошим и не очень хорошим, мягко говоря, и всегда готовы отдать предпочтение именно отечественному продукту. Под хорошим кино я имею в виду, прежде всего художественную ценность. Зрителю важно именно это, ему нужны картины, обращённые к нормальным человеческим отношениям и чувствам. И фильмы, которые рождают гордость за свой народ, за его историю, безусловно, всегда пользовались, и будут пользоваться успехом.

Конечно же, озвученные характеристики – только лишь пожелание. Со стороны государства нет, и не может быть ни цензуры, ни какого-либо диктата или давления. Деятелям культуры дана полная свобода выбора и самовыражения. Но свобода – это далеко не всё. Доверие и уважение к творчеству, его востребованность нужно и заслужить, и постоянно поддерживать.

Здесь хотел бы напомнить, как в ноябре 2011 года уже обращался к членам Совета по кинематографии, а многие из присутствующих там были, с просьбой подумать над формированием своего рода этической хартии участников российской киноиндустрии. Учитывая, как обстоят дела, и в первую очередь мнение зрителей, которые не прекращают сетовать на засилье посредственной продукции, я вновь хотел бы вернуться к этому вопросу. Полагаю, наличие такой хартии, список её участников может стать для государства своего рода ориентиром и стратегией дальнейшей поддержки кинематографии.

Кроме того, считаю важным разобраться и пресечь ситуацию недобросовестного отношения к господдержке. К сожалению, есть случаи, когда реализации проектов кинопроизводителей и прокатчиков государство выделяет достаточно серьёзные деньги, серьёзные суммы, а они подчас используются плохо или, как ни странно, вообще не используются. Инициаторы по ходу дела, по ходу пьесы меняют условия игры. Распылять государственные деньги, в какой бы то ни было сфере, недопустимо так же, как использовать их нецелевым образом.

За последние годы у нас появились крупные квалифицированные производители, способные делать качественные проекты. И если есть пожелания по поводу каких-либо тем, которые важно отразить на кино- или телеэкранах, нужно идти к профессионалам. Говорю это в связи с тем, что у некоторых ведомств появляется желание создать чуть ли не свои собственные киностудии. Думаю, что это не то, чем мы должны заниматься. Профильные ведомства должны заниматься, прежде всего, теми проблемами, которые считаются для них именно профильными.

Говоря о профессионалах, не могу не затронуть и вопрос состояния и перспектив отечественного кинообразования. Многие из присутствующих здесь, уважаемые коллеги, знают, что недавно был подписан Указ, в котором к особо ценным объектам культурного наследия народов России был отнесён и Всероссийский государственный университет кинематографии имени С.А.Герасимова. Это заслуженный статус, отражающий знаковую роль этого вуза в деле сохранения уникальных традиций отечественной киношколы. Но это и большая ответственность, поскольку флагман должен быть лучшим из лучших и служить примером.

Не секрет, что сегодня у кинопроизводителей немало претензий к уровню подготовки выпускников профильных учреждений образования. По их мнению, а безусловно, к этому мнению стоит прислушаться, программы здесь, мягко говоря, устарели, обучение по целому ряду специальностей, остро необходимых современной киноиндустрии, не ведётся. Так, на кинорынке сейчас востребовано более 100 специальностей, а готовим мы лишь по 10. Образовательные центры обязаны не то чтобы в ногу со временем идти, это относится, по сути, ко всем образовательным центрам, а быть на шаг впереди, работать на будущее. Сегодня здесь присутствуют и преподаватели вузов, и участники киноотрасли, и предлагаю сегодня вместе подумать, как можно обеспечить решение стоящих в этой сфере задач.

Вот в целом вопросы, которые предложил бы обсудить, но, разумеется, как и на наших предыдущих встречах, мы можем поднять, вы можете поднять любую проблему, любой вопрос. Я и мои коллеги в вашем распоряжении, давайте это пообсуждаем.

Пожалуйста, слово Владимиру Ростиславовичу Мединскому.

В.МЕДИНСКИЙ: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я свое выступление разделю на две части: что было сделано за последний год в области государственной поддержки кино и что не сделано и, соответственно, надо сделать, на наш взгляд.

Государство поддерживает много фильмов. Я посмотрел статистику, за прошлый год госфинансирование получили 63 кинофильма, 130 мультфильмов, 450 документальных фильмов. Но будем откровенны, не все эти фильмы дошли до кинозрителя, не все пользовались равным успехом. При этом мы понимаем, что успех – это комплексный фактор, это не только касса, это и признание на международных фестивалях, это и внимание зрителя, это и социальное звучание данных картин.

Начали мы с того, что несколько реорганизовали отношения между Министерством и Фондом кино. Мы пришли к тому, что год назад все функции, как в доме Облонских, между Министерством и Фондом смешались, по сути, они занимались абсолютно одним и тем же. В настоящий момент деньги между Фондом кино и Министерством разделены примерно пополам: 3 миллиарда рублей – в Фонде кино и 2,7 миллиарда рублей на поддержку кинопроизводства – в Министерстве культуры. При этом изменен сам, по моему глубокому убеждению, порочный принцип, который был изначально заложен в систему выделения финансирования Фондом кино, когда деньги выдавались компаниям, а не конкретным проектам. И, соответственно, далее компании на собственное усмотрение решали, что они на эти деньги снимают. Государство полностью самоустранялось от какого-либо влияния на содержание снимаемых кинофильмов.

Начиная с этого года, деньги будут выделяться по конкретным проектам. При этом если компания-лидер представляет и успешно защищает один проект, она может получить деньги на один проект, [защищает] два проекта двух блокбастеров – соответственно, деньги на два проекта.

Таким образом, сейчас Фонд кино выделяет деньги на крупные фильмы компаниям-лидерам на безвозмездной основе, а также у Фонда кино появились деньги, которые выделяются на возмездной основе на съемки коммерческого кино, скажем так, на поддержку киноотрасли. Министерство культуры, со своей стороны, выделяет деньги на дебютное, авторское кино, фестивальное кино, мультипликационное кино, то есть на поддержку творцов, в большей степени.

При этом я хотел бы сразу подчеркнуть, что фонд как инструмент финансового управления и контроля за расходованием средств в принципе себя оправдывает. И я считаю, было бы правильным, если бы в будущем вообще почти все финансы были сконцентрированы в фонде. Мы в данном случае совершенно не бьемся за контроль над деньгами. Самое главное, что фонд должен быть эффективным финансовым инструментом, а Министерство культуры и Правительство определяют, соответственно, содержательную часть, формируют государственный заказ содержательно и идеологически.

При этом считаем весьма важным, чтобы деньги не размазывались тонким слоем по тарелочке, не раздавались «всем сестрам по серьгам», потому что такая практика тоже была: когда финансируется огромное количество фильмов, всем выдается по 30 миллионов рублей. До зрителя это не доходит. По большому счету, в идеале было бы производить, помимо авторского, дебютного, фестивального кино, 6-8 больших картин, кассовых блокбастеров, которые посмотрели бы все, кто ходит в кино. И такие фильмы могли бы быть и успешными, и окупаемыми.

Кроме этого, мы вводим со следующего года открытую защиту предлагаемых проектов. То есть решения будут не кулуарные. Решения будут приниматься экспертами после защиты продюсерской фирмой своего проекта. Она будет рассказывать, какие будут актеры, как они предполагают снимать этот фильм. Но мы считаем, что, если в бизнесе снимается рекламный ролик за 50 тысяч долларов, и при этом производитель активно защищает, а многие здесь вышли даже из рекламного бизнеса в свое время, в 90-е годы, активно защищает свой продукт перед заказчиком, то почему, когда мы тратим 5-10 миллионов долларов на господдержку фильма, нельзя сделать правильную презентацию и сразу видеть, какой товар, как он будет преподноситься и продаваться.

Кстати сказать, принцип такой публичной защиты позиции сам по себе может служить немало и будущей раскрутке фильма. Я могу привести пример несколько из другой отрасли. Сейчас, на прошлой неделе, прошло, благодаря ВГТРК, публичное обсуждение и защита позиций Пушкинского музея и Эрмитажа, и миллионы людей с огромным интересом в прямом эфире смотрели, какие будут приняты решения. Уверен, что после этого многие люди пойдут в музеи, что хорошо.

Второе. Мы определили впервые в этом году так называемые приоритетные темы, заявки по которым будут удовлетворяться и рассматриваться государством в первоочередном порядке. Эти темы были отобраны непроизвольно, были проведены соответствующие опросы общественного мнения, что хотят видеть люди, и определено 12 тем, скажем так, в первую очередь по которым будут рассматриваться заявки на производство кинофильмов. Я могу их назвать: это 70 лет Победы в Великой Отечественной войне, борьба с наркоманией, герои труда, 100-летие Первой мировой войны, ну и так далее.

Третье. В рамках мер поддержки авторского и дебютного кино увеличены суммы в расчете на один фильм. Сейчас на один фильм могут получить производители до 50 миллионов рублей и производители документальных фильмов, соответственно, до 2 миллионов рублей на каждую серию. Впервые мы предлагаем поддерживать, частично поддерживать производителей телесериалов. Телесериал – это очень эффективный продукт массового воздействия, смотрят его десятки миллионов людей, и не хотелось бы, чтобы это все шло на потребу публики, на потребу рекламным рейтингам. Каналы делают сейчас замечательные сериалы, великолепные, но рынок диктует свое, и «воры, менты и оборотни», честно говоря, надоели. Кстати, в этом отношении у нас с руководством каналов полное взаимопонимание.

Мы структурируем систему поддержки кинофестивалей. Вообще Министерство поддерживает огромное количество кинофестивалей, может быть, даже слишком много, денег при этом давая слишком мало на них. Система поддержки опять же была непонятна. Мы ввели три категории: фестивали первой категории – международные, фестивали второй категории – национальные и фестивали регионального звучания. Число фестивалей, поддерживаемых сейчас, определено, и сумма на поддержку каждого из фестивалей увеличена.

Далее. Впервые с этого года будут заказываться сценарии. По большому счету, это делают давно правительства всех стран, мы как-то этого стесняемся постоянно. Мы объявили сценарный конкурс, и 20 лучших сценариев по предложенным темам по итогам конкурса, специальной экспертной оценки будут Министерством поддержаны. Затем эти сценарии будут предложены для реализации кинопроизводителям. Чтобы эта оценка не носила субъективного характера, помимо конкурсной сценарной комиссии, будет создана также специальная комиссия экспертов: психологов, историков, социологов, детских психологов, которые будут смотреть, как те либо иные фильмы могут влиять на аудиторию.

Шестое – серьезная проблема с учетом билетов. Мы унаследовали систему – это так называемая единая автоматизированная система учета билетов. В текущем году был принят законопроект Минкульта, который ввел штрафы за неподключение к этой системе. Если верить статистике, хотя статистика – вещь лукавая, статистика показывает такую тенденцию: после введения этого законопроекта количество больших современных кинотеатров, подключившихся к данной системе, увеличилось с 30-ти до 64 процентов. Такими темпами мы за полтора года подключим все кинотеатры. Другой вопрос, насколько эта статистика достоверна и насколько достоверные данные в эту систему кинопрокатчиками вбиваются. Это большой, сложный, комплексный вопрос, поскольку билет не является кассовым чеком, по большому счету, насколько мы понимаем, значительная часть кинотеатров работает на упрощенной системе налогообложения, с отчетностью здесь тяжело. Думаем сейчас, советуемся с экспертами, что можно здесь поменять коренным образом, не отказываясь от данной системы, а пытаясь ее максимально дожать и усовершенствовать. Кстати сказать, это проблема не только кинотеатров, мы сейчас подойдем, я думаю, в следующем году к проблеме и театральных билетов, потому что, с одной стороны, налицо спекуляция театральными билетами, тут же их не хватает, в интернете они стоят втридорога, не доступны для населения, будем наводить здесь порядок.

Седьмое. Говорю «седьмое», хотя на самом деле это для кино проблема номер один – проблема интернета и пиратства. Что бы мы ни делали, если мы не покончим с пиратством в интернете, простите за вульгарность, но никакого «кина» не будет, равно, как не будет ни писателей, ни композиторов в значительной степени. Потому что интернет с его нелегальным контентом автора убивает, ну писатель-то понятно, я сам как автор это ощущаю на себе: не успела книжка выйти, как она через неделю уже на известных сайтах вместе с иллюстрациями, но писатель теряет время, а кино – это большие инвестиции. И если бы мы перекрыли эти пути скачивания кинопродукции, мы одним этим увеличили бы посещаемость кинотеатров, я думаю, легальную продажу кино – вдвое, если не больше.

Что мы пытаемся сделать. Мы пытаемся сейчас по американскому образцу принять законопроект, согласно которому правообладатель имеет возможность заблокировать нелегальный контент на сайте, где он размещен. Если этот контент не блокируется, тогда включается система больших штрафов. К сожалению, этот законопроект замусоливается уже многие месяцы, Минкомсвязи его по разным причинам не поддерживает. И здесь бы я, Владимир Владимирович, просил бы эту тему как-то поднять, пусть выскажутся эксперты. Потому что мне кажется, это ключевая проблема. Если мы не примем здесь решающих мер и не употребим власть, в конце концов, – можно долго, до бесконечности говорить о свободе в интернете, о том, что это свободное поле и прочее, – не будет у нас творчества, творцов не будет. Я уже не говорю о том, что контрольный пакет пиратского контента в интернете контролируется несколькими, по сути, компаниями, которые, даже заключив добровольное соглашение, просто добровольно, взяв на себя некие обязательства, могли бы уже значительно это уменьшить. С ними надо общаться.

Восьмое. В отношении других законопроектов. Правительство не поддержало, к сожалению, предложение Министерства культуры и депутатов по отмене льгот на НДС в билете на иностранные фильмы. Сейчас билет НДС не облагается. Мы хотели, чтобы далее билет не облагался НДС только на отечественные кинофильмы. Потому что ну зачем мы создаем мы эти искусственные льготы Голливуду, которые и так нас душат? Мы долго спорили юридически с Министерством экономического развития, не смогли переубедить. Они утверждают, что это грубое нарушение норм ВТО. Но, тем не менее, мы считаем, что надо делать что-то. И вот мы сейчас с Эльвирой Сахипзадовной обсуждали, нужно делать что-то, чтобы, по крайней мере, на те фильмы, которые поддерживаются государством и в которые мы вкладываем значительные деньги в кинопроизводство, билет стоил дешевле. Иначе мы деньги вкладываем… Ну, хорошо, если фильм замечательный. А если у этого фильма не такая хорошая рекламная кампания, как у «Легенды № 17» или как у «Высоцкого», или не так хорошо передается из уст в уста, как в «Брестской крепости». Но люди идут на привычную «киножвачку». Значит, билетный отечественный фильм должен стоить дешевле, он должен быть этим привлекательный, тем более у отечественного фильма другая аудитория, зачастую. Это могут быть и люди более взрослого, старшего возраста, которые пойдут днем. Есть опыт, когда кинопроизводители бесплатно отдавали в кинотеатры свои кинофильмы, уже после того, как они по телевизору прошли. И были полные залы, как ни удивительно, потому что билет стоил 100 рублей, и полный зал.

Девятое. Мы поддержали инициативу «100 лучших фильмов для школы». Эти фильмы были отобраны экспертами и специалистами по кино, учеными и размещены сейчас бесплатно на портале «Культура РФ» для свободного просмотра, в идеальном качестве – так же, кстати, как мы там размещаем скоро 200 спектаклей, размещаем там документальные фильмы. Этот список мы полностью передали в Минобр. Сейчас Минобр думает, как это организовать. Они говорят о том, что надо разработать специальные методические пособия, провести обучение учителей, которые смогут обучать правильному просмотру этих кинофильмов, рассказывать. Мне кажется, что это долгая на самом деле история, и просмотр подобного рода кинофильмов – это не просто развлечение, это большая помощь и учителю истории, и учителю литературы. И, может быть, надо попытаться эту инициативу как-то все-таки быстрее ввести в наши школы, не дожидаясь, когда специально наши вузы подготовят киноведов. Просто это нужно, хорошо и интересно.

В отношении образования, десятое. Впервые в этом году мы ввели субсидии специально для студентов ВГИКа, о котором было сказано совершенно правильно, на производство трех больших бюджетных фильмов, на производство большого, комплексного документального кино и анимационного кино. Выпускники в качестве поощрения, отличники, могут сразу снять не какую-то там на айфон короткометражку, а сразу поучаствовать в съемке большого, потенциально кассового кино. Мне кажется, это и хороший стимул, и хорошая возможность войти в профессию.

В этом году запущен проект Ленфильма, несколько дней назад было подписано распоряжение Правительства о государственной гарантии под кредит. Несколько месяцев работает на Ленфильме новое руководство. Я думаю, что Федор Сергеевич Бондарчук может рассказать подробнее, но он говорит, что долги практически Ленфильмом уже погашены с оборотной деятельности, и через два года мы увидим просто не студию, а город, сад цветущий, как только будет выделен соответствующий кредит.

Еще несколько задач (последнее, я уже заканчиваю), которые нужно решить. Мне кажется, надо все-таки работать не над количеством кинофильмов, не раздавать всем сестрам по серьгам, а сделать основной упор на качество и на масштабы снимаемого кино, необходимо усилить контроль над сценариями, Министерству культуры необходимо усилить международную деятельность по продвижению нашего кино, особенно в СНГ. Мы традиционно этим занимаемся, но это, как правило, что означает? В одном-двух кинотеатрах где-нибудь в Бишкеке в течение недели показывают российские фильмы. Не многие это видят, скажем откровенно, а деньги на это тратятся.

Я думаю, что если будет дано соответствующее поручение, вместе с телеканалами, которые вещают на эти страны, разработать какую-то совместную программу продвижения лучшего отечественного кино на СНГ, на ближнее зарубежье… Вообще, честно говоря, без телеканалов, как показывает опыт, большого успеха в киноделе не добиться, ибо это такой путь, самое прямое средство доставки. Чем активнее телеканал задействован в производстве, в раскрутке фильма, тем, как правило, этот фильм лучше продается и он успешнее. Мне кажется, что телевидение должно наравне с Министерством культуры взять на себя ответственность за развитие нашей киноотрасли. А мы, со своей стороны, будем включать представителей телевидения и в отбор сценариев, и в наши конкурсные комиссии, и так далее. Кстати, во многих странах так и происходит, например, во Франции. Олег Борисович хорошо знает, там даже финансируется кино за счет отчислений отечественным кинопроизводителям, которые делает телевидение с рекламы.

В заключение хочется сказать, что мы будем делать все зависящее, чтобы появлялось больше таких фильмов, после которых хочется жить, потому что кино должно не только вскрывать язвы общества (мы это хорошо научились делать) и развлекать, но и учить и просвещать, и давать образцы поведения, и мотивировать людей на хорошие, добрые дела.

После премьеры «Легенды № 17» мой сын – малолетний школьник – сказал: «Папа, отведи меня заниматься хоккеем». Значит, это было правильное кино.

Спасибо.

В.ПУТИН: Скажите, пожалуйста, Владимир Ростиславович, как осуществляется блокировка в интернете украденного контента как мера борьбы с пиратством в тех странах, где это применяется? Технология какая там?

В.МЕДИНСКИЙ: Технология примерно такая: правообладатель посылает запрос на сайт, если это сайт национальной юрисдикции, где размещен неправомерный контент, сайт проверяет, достоверна ли эта заявка, достоверен ли правообладатель, запрашивает разместившего, какие у него права на этот контент, все это делается буквально в течение суток, после чего на это ставится блок, и всё. Скачать и посмотреть эту продукцию больше нельзя. Самое главное, это делается в досудебном порядке. Примерно такой принцип.

А опасения Минсвязи связаны с тем, что будут жулики, которые будут делать вид, что это их авторские права, и всячески мешать развитию интернета, останавливать добросовестные сайты.

В.ПУТИН: Будут делать вид, что это чьи авторские права?

В.МЕДИНСКИЙ: Ну, предположим, какой-то хороший сайт что-то разместил, а я желаю этому сайту навредить. Пишу письмо: «Вы разместили что-то, что мне принадлежит. Прошу заблокировать это всё». И таким образом я буду вмешиваться в рыночные отношения, свободу распространения информации, а прав у меня на это не будет.

В.ПУТИН: Какая-то ерунда.

В.МЕДИНСКИЙ: Вот так.

В.ПУТИН: Может быть, за этим есть и еще что-то. Если это всё, то это, конечно, не основание для того, чтобы не внедрять такие методы борьбы с пиратством.

В.МЕДИНСКИЙ: Практика блокировки, Владимир Владимирович, сейчас есть, и сильные кинокомпании, запуская премьерные показы, этим занимаются. Но это всегда индивидуальная договоренность, договорились – получилось. Система не работает.

В.ПУТИН: Да, мы обязательно отработаем это с Министерством связи.

Второй вопрос, связанный с НДС на билеты для иностранных фильмов. Здесь, может быть, действительно проблема, связанная с ВТО, но уверен, что найти можно решение. Ведь наши отечественные ленты, они, так или иначе, делаются при государственной поддержке. Да? Уже почти 100 процентов. А если не делаются, то ее можно организовать даже в небольшом объеме, но это даст нам право объявить это госзаказом, а при госзаказах на товары и услуги правила ВТО позволяют нам вводить преференции. Просто надо подумать.

Понимаете, вот Вы мне сказали, я же сходу это говорю, просто надо подумать. Хотя я непосредственно переговорным процессом с ВТО не занимался, то есть я, конечно, в курсе того, я не просто в курсе, а тему эту вел, но я же туда не погружался так, как это делают эксперты, и, тем не менее, прямо сходу вам предлагаю решение. Разумеется, оно может быть сложнее, проще, подумать надо, но вариант решения, если его искать, наверняка будет найден. Давайте к этому вернемся обязательно и с ведомствами проработаем. Спасибо большое.

Станислав Сергеевич, пожалуйста.

С.ГОВОРУХИН: Во-первых, большое спасибо руководству страны за то, что оно в последнее время так много времени уделяет вопросам культуры. Это говорит о том, что произошел сдвиг в сознании общества. Оказывается, дело не только в экономике, есть еще такое понятие, как духовная крепость нации. А где нация черпает свои духовные силы? В своей истории, в культуре, искусстве, кинематографе. Поэтому мне кажется, что нас ждут большие изменения.

Американцы не без основания считают себя первыми на планете не только потому, что там экономика, армия, печатный станок, но еще и потому, что американское кино, американская легкая музыка, ее слушают все семь миллиардов на земном шаре, и там, как минимум, три четверти планеты живут по законам дяди Сэма и исповедуют их нравственные ценности.

Мы производим 60 художественных фильмов. Ну, из них там, я не знаю, может быть, 40 с трудом добираются до экрана. Большинство из них бывают на нем день, полтора или того меньше, и исчезают. Относительным успехом пользуется или уж чисто попкорновая продукция, ориентированная на сегодняшнего зрителя кинотеатров, или откровенная пошлость. Мы тут с Мединским в самолете разговаривали, последние примеры, может, это кто-то и видел, хотя сомневаюсь, – это «О чем молчат девушки», «Что творят мужчины». Иногда, и уж все реже и реже, случается такое сочетание, когда высокая художественность фильма соединяется с повышенным зрительским интересом к нему. Я, конечно, имею в виду «Легенду № 17», – это золотое сечение. Извините за пафос, но я скажу, что так получается только тогда, когда продюсер – настоящий гражданин, а режиссер – настоящий художник. Но я бы от имени Комитета по культуре внес несколько предложений в дополнение к тому, что сказал Владимир Ростиславович, потому что мы работаем рука об руку, прекрасно понимаем друг друга, и мне остается только добавить.

Во-первых, мы говорили сейчас с Владимиром Сергеевичем Малышевым – ректором ВГИКа. Он меня понимает. Мне кажется, надо все-таки обратить внимание на ВГИК вот в каком плане. Молодое поколение кинематографистов совершенно не знает литературы, просто не читало ничего. А литература – основа кинематографа. У них нет литературного вкуса. Что можно ожидать от них? Мне кажется, это должно быть их главным предметом в таком вузе, как институт кинематографии. Они не знают истории, и это все время видно на экране, или относятся с глубоким неуважением к тяжелой истории нашего народа. Это первый признак глубокой необразованности молодых кинематографистов. Вспомните Пушкина: уважение к минувшему – вот черта, отличающая образованность от дикости. Многие из них рассуждают примерно, как лесковский герой, который говорит: а я, признаться, не люблю Россию. По какой причине? А что в ней хорошего? Где лавр да мирт, а тут – квас, да спирт. Вот вам и вся Россия.

Второе. Необходимо втрое увеличить производство фильмов. Иного выхода нет, как мы ни крутили и сколько мы ни разговаривали, ни проводили «круглые столы». Ну, нельзя с 60 фильмами, причем с таким процентом удачных или более или менее средних фильмов, как-то влиять на молодое поколение, вообще на духовный облик общества. Мы, может быть, единственная такая страна, где все кино финансируется государством. Поэтому где найти деньги? Я не знаю, но их надо найти. На самом деле они не такие огромные. Весь бюджет российского кинематографа равен бюджету одного американского фильма типа «Аватар», «Аватар» даже дороже, или «Волшебник из страны Оз», или какой-нибудь «Шрек».

Необходимо наладить также строгий контроль расходования средств, отпущенных на производство фильма. В кино с этим делом сейчас, скажем мягко, не очень благополучно. Многие кинематографисты с ностальгией вспоминают о тех временах, когда было Госкино, не в последние годы уже после перестройки, а в советское время. Лучшие достижения советского кинематографа связаны именно с такой формой управления кинематографом. Госкино было, по сути, министерством кинематографии. Можно пойти, конечно, и по срединному пути – наделить департамент более широкими и строгими полномочиями, отказаться от этих идиотских конкурсов, обязательно вернуть редколлегию.

В свое время через сито редколлегии редко проскальзывала пошлость, непрофессионализм, и вообще невозможно было представить, что на государственные деньги кто-то осмелился бы сочинить пакостный миф о собственной стране.

И последнее, главное. Нужно строить кинотеатры, нужна государственная система проката, где преимущество имели бы национальные фильмы. Понимаю, что дорого, для начала нужно составить реестр имеющихся кинотеатров в стране. У нас еще сохранилось огромное количество муниципальных кинотеатров, еще не уворованных, не перепрофилированных, надо посчитать, сколько их, посчитать, сколько требуется денег на оборудование их современной аппаратурой и отдать под умелое государственное управление. То есть речь идет о кинофикации всей страны. У нас само понятие «кинофикация» исчезло с началом перестройки, помните, появилась новая модель у кинематографа, сами кинематографисты придумали ее, и через год-полтора все было разрушено.

Когда-то мы имели на всю нашу страну примерно 25 тысяч киноточек, каждый советский корабль, бороздивший Мировой океан, имел свой кинотеатр. Сегодня 50 процентов населения страны вообще не имеет доступа к кинотеатру, потому что в радиусе нескольких сотен километров его просто нет. Выросло уже поколение людей, которые никогда не видели движущееся изображение на белой простыне экрана. Но это касается не только маленьких городов и поселков. Вот, пожалуйста, Кисловодск, курортная столица России, – ни одного кинотеатра. Разве это не дикость? Ничего нового, собственно, мы не предлагаем, все это уже было, но то, чего не было тоже уже было, как говорится в Библии.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое. Пожалуйста, Владимир Сергеевич, я уже упомянул о вашем учебном заведении и Станислав Сергеевич, Вам слово, пожалуйста.

В.МАЛЫШЕВ: Уважаемый Владимир Владимирович!

Прежде всего, разрешите поблагодарить от всех ВГИКовцев за подписанный Указ об отнесении ВГИКа к особо ценным объектам культурного наследия народов Российской Федерации. Это для нас большой стимул и большая ответственность. И многие поколения ВГИКовцев, уже живущих даже в других странах, прислали поздравления. Прислал телеграмму Министр обороны Казахстана Адильбек Джаксыбеков, с которым мы заканчивали вместе ВГИК. Поэтому ВГИК – многопрофильное учреждение. И в телеграмме он отметил, что ВГИК во многом помог ему стать тем, кем он стал сейчас.

В.ПУТИН: Не по профилю работает.

В.МАЛЫШЕВ: Из ВГИКа и такие выходят специалисты.

Я хотел бы отметить, что во ВГИКе совместно с российскими студентами сейчас обучаются студенты из 37 стран – от Гватемалы до Франции и США. И американский журнал, который ежегодно дает рейтинги вузам «Голливуд репортер», включил нас в топ-25 из 1,5 тысячи вузов. Говорю это не для того, чтобы как-то похвалить нас. Мы понимаем, что проблем хватает, и с этими проблемами надо как-то разбираться.

У нас замечательный состав педагогов: Соловьев, Хотиненко, Шахназаров, Меньшов, Учитель, Файзиев, Давлетьяров, Гуськов, вот только что Александр Михайлов и Юрий Арабов. Впервые мы в прошлом году пригласили молодых мастеров Александра Кота, который сделал «Брестскую крепость», и его брата Владимира. Так что идет и преемственность у нас. Постоянно читаются мастер-классы как российскими, так и зарубежными мастерами. Перечислять не буду, просто все те из кинематографистов, кто сидит за этим столом, у нас бывают и читают мастер-классы, а также Дэвид Линч и Такеши Китано, и так далее.

За последние полгода только мы провели несколько проектов совместного обучения с французской школой La femis, со Стокгольмской академией драматических искусств, с германской школой. Три с половиной месяца у нас преподавал, занимался со студентами американский режиссер, обладатель Золотого льва Милчо Манчевски, который отметил в письме министру, что студенты замечательно подготовлены. Он сказал, что наши второкурсники – это примерно последний курс американских академий, и он сказал, что они в принципе готовы работать даже и в Голливуде.

Перейду сразу к проблемам. Застарелая, заскорузлая проблема – это то, что никак мы не можем пробить второе бесплатное высшее образование для режиссеров и драматургов. К нам поступают очень талантливые молодые студенты, школьники. Но особенно для драматургов незнание жизни – от этого начинают потом выдумываться искусственные какие-то ситуации, сценарии и так далее. Я смотрел статистику, в годы ВГИКа, когда поступали Тарковский, Шукшин, Никита Сергеевич Михалков, Станислав Сергеевич, они прошли уже определенную школу жизни. И мы просили бы все-таки внести поправку в закон. Это в год 15-20 человек от силы.

В.ПУТИН: Никита Сергеевич на флоте служил, пускай ваши абитуриенты идут служить во флот.

В.МАЛЫШЕВ: Тарковский геологом тоже служил, прежде чем поступить во ВГИК. И плюс к тому, сегодня об этом говорилось, но студенты сейчас, конечно, приходят слабо образованные.

В.ПУТИН: Владимир Сергеевич, а в чем проблема-то? Я, честно говоря, даже не очень понимаю, что там. Нельзя получать второе образование бесплатно?

В.МАЛЫШЕВ: Нельзя, да. И поэтому люди более взрослые… Я не говорю про всех, но это небольшие затраты – 15-20 человек максимум в год. Но это бы все-таки разбавило у нас школьников, будем так говорить. И, конечно, школьники приходят слабо подготовленные по истории, литературе. Первые 1,5-2 года мы с педагогами, с мастерами закрываем эту брешь, просто требуем читать классику и так далее.

Я у одной девочки, выпускницы из Калининграда, спросил: «Что вас на ЕГЭ по литературе больше всего пугало?» Она говорит: «Мы боялись, чтобы не попался вопрос по «Судьбе человека». Я говорю: «А вам что, не преподавали? И кино не смотрели?» – «Нет». Это там, где сотни тысяч погибших наших солдат, но педагоги не посчитали нужным ознакомить с «Судьбой человека», с одним из замечательных литературных и кинопроизведений. Это вот одна у нас проблема.

Но еще одна проблема. Все-таки теоретически мы готовим неплохо, и студия благодаря Вам, Владимир Владимирович, спасибо огромное, технически оснащена современно, но это тепличные условия. Нужна длительная и более настоящая практика в большом кинематографе, на телевидении, потому что только там можно, и практика именно не носильщиками, не дежурными у ворот, а ассистентами, стажерами, потому что без этой практики выходят студенты, даже отличники, но воспитанные в тепличных условиях. А рыночный кинематограф требует от них сразу сделать «Войну и мир», иначе я как продюсер не возьму такого человека. Но если подумать, то студенты, выпущенные хирургическим факультетом, ведь тысячу аппендиксов вырежут, прежде чем заниматься пересадкой сердца. А у нас после двух, сразу раз! – и давай готового человека. Компании, как правило, за редким исключением не берут студентов на практику – некогда возиться и все прочее, за некоторым исключением. Никита Сергеевич, Вы-то берете, и Учитель берет, но за некоторым хорошим исключением. Но я все-таки предлагаю, если фильмы снимать за государственные деньги, в контракт включать, чтобы 3-5 студентов был обязан продюсер, который заключает контракт на производство фильма, брать в качестве стажеров. И это им поможет потом адаптироваться в большом кино. По-другому трудно будет решить сразу задачу новой генерации кинематографа.

И я, конечно, хотел бы не в порядке подхалимажа, но поблагодарить Владимира Ростиславовича, что впервые дают три проекта на художественное кино выпускникам – это большой стимул. Там и на документальное кино, и на анимацию – это большой шанс. Через несколько лет, если будет это повторяться, мы получим новую генерацию.

Дальше. Нам передали 4 кинотехникума: в Ростове, Иркутске, Сергиев-Посаде и городе Советский Калининградской области. Это нищие организации со старым оборудованием 70-х годов. Их надо или закрывать, или переоснащать. Мы уже сделали из них филиалы: Ростов – для юга и Кавказа, Иркутск – для Дальнего Востока, Сибири, Урала. Не всем поступающим надо будет ехать в Москву, пробиваться талантам. Там будет настоящее образование, ВГИКовское. Мы уже сделали там дистанционное обучение. И очень надеюсь, что высшее образование там поможет ковать кадры на местах.

А вот среднее образование… Большие проблемы – это отсутствие среднего звена в съемочных группах. Не высшего звена, не режиссеров, не операторов – их хватает. Мало того, Владимир Владимирович, уже многие годы, по данным того же Минобра, 43 непрофильных вуза, технических вуза воспитывают, обучают (не знаю, почему получили лицензию) режиссеров, актеров и операторов. Ежегодно они выпускают 5200 таких человек, не имея ни базы, ни педагогов. Я ставил этот вопрос неоднократно. Это нонсенс просто, обесценивание профессии и более ничего. Потому что это очень выгодно.

В.ПУТИН: Напишите мне записку, ладно?

Это работа в никуда, на корзину.

В.МАЛЫШЕВ: Конечно.

В.ПУТИН: На рынке труда такие люди вряд ли найдут применение.

В.МАЛЫШЕВ: Но пишут, что открывается высшая школа кино и телевидения в цехе электролампового завода, а такое объявление есть даже в интернете: высшая школа и все прочее. И поэтому мы хотели бы развить среднее образование на базе этих техникумов и сделать там центры переподготовки.

И еще одна проблема – это то, что мы, да и весь кинематограф, все время гонимся за достижениями новых технологий. Только мы приобретаем и кинопроизводящие компании приобретают какое-то новое оборудование, через 3-5 лет оно морально устаревает. В государственной программе по развитию культуры до 2020 года записано создание научно-производственного центра на базе ВГИКа. И мы предлагаем построить центр (ни одна крупная компания не сможет обновлять постоянно оборудование), построить один центр и пополнять его новейшим оборудованием, чтобы студенты с опережением обучались на этом оборудовании, и, грубо говоря, прогонять, еще и переподготовку там делать всей отрасли с новейшими технологиями. Я думаю, что это реально и полезно.

Что касается устаревших программ. С педагогами нашими, с мастерами, мы готовы с любым представителем сообщества встретиться (мы не говорим, что мы великие, другие ничего не понимают), встретиться, вместе обсуждать и вместе как-то продвигать, развивать наше образование. Мы не зазнались, но иногда это просто критика. Давайте как-то вместе объединять усилия. Ведь и кинокомпании не могут быть просто заказчиками: «Дайте нам готовое!» Давайте вместе учить, давайте практику, поддерживайте стипендиями самых талантливых студентов, потом они к вам придут подготовленные.

Я не знал, для меня неожиданность, что здесь, не знаю, случайно или как-то, оказался студент четвертого курса мастерской Хотиненко Василий Буйлов. Поэтому я не успел ему ни «накачку» дать, ничего, и, может, он скажет совершенно противоположное. Если Вы разрешите, Владимир Владимирович, но я заранее говорю, Василий, что бы Вы ни сказали, Вы будете учиться дальше. (Смех.)

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Это по-нашему, последнее замечание, правильно.

Василий, пожалуйста.

В.БУЙЛОВ: На самом деле было три вопроса. Два из них Владимир Сергеевич уже озвучил: это практика и, соответственно, дальнейшая судьба студентов.

В.ПУТИН: Вася, а Вы чему учитесь, у Вас специализация какая?

В.БУЙЛОВ: Специализация – режиссура игрового кино, мастерская Хотиненко.

Эти два вопроса уже были озвучены, я полностью присоединяюсь к этому. И я думаю, большинство студентов тоже к этому присоединяется.

Если говорить о проблемах ВГИКа внутри, наверное, стоит их озвучить все-таки. Это отсутствие скоординированности между факультетами. То есть система подразумевает, что четыре-пять лет студенты разных факультетов работают вместе сначала над учебными картинами, затем над дипломом. И это тоже один из важнейших навыков – работать в команде. Последние, не знаю, уж, сколько лет, но вот, сколько я учусь, с этим очень большая проблема. Например, художественный и продюсерский факультеты выпадают из этой обоймы, потому что у них в учебной программе нет, не подразумевается защита диплома общим фильмом. Художники защищаются рисунками. Если художник решил все-таки снимать диплом, то он берет на себя, то есть он не обязан снимать дипломную работу. Продюсеры – тоже, они защищаются виртуальным проектом фильма. Соответственно, режиссерам приходится очень трудно, в итоге – оператор, режиссер и звукорежиссер. Это первая проблема.

Вторая – это неравномерность набора разных студентов на разные факультеты. Для примера скажу, в следующем учебном году выпускается порядка 50 режиссеров игрового и документального кино, и всего 15 звукорежиссеров, то есть 35 проектов остаются без звукорежиссера. Это какая-то стратегическая, может быть, ошибка, но на это, мне казалось бы, стоит обратить внимание.

В.ПУТИН: Спасибо. Я, честно говоря, с Вами, во всяком случае, в одном полностью согласен – это стажировка. Сейчас Василий тоже об этом сказал. Почему не организовать, если студия работает при государственной поддержке, почему не дать им такое обременение, на самом деле, которое обременением большим не является? Я думаю, что это надо проработать. Владимир Ростиславович, проработайте, пожалуйста. Не вижу здесь больших проблем. Спасибо.

Пожалуйста, уважаемые коллеги, у кого есть замечания?

Н.МИХАЛКОВ: По поводу ВГИКа. Я считаю, Владимир Владимирович, что абсолютно прав Говорухин в том, что еще Герасимов, чьим именем назван ВГИК, говорил, что литература – мать кинематографа, и это действительно так. Поэтому то, что выходит из ВГИКа сегодня, ребята, которые показывают свои картины на фестивалях, в том числе и на «Святой Анне», – это высокопрофессиональные работы, они поднаторели, они научились. Когда мы учились, тайком переводили какие-то статьи из «Кайе дю синема», и мы смотрели с утра. Сначала нам ставили фильмы в час дня иностранные, поэтому мы приходили все к часу, потом поняли, что мы прогуливаем, стали ставить в 8 утра, и все всё равно приезжали. Сегодня это просто: нажал, кликнул и все посмотрел. А вот внутренняя культура, связанная с историей, связанная с русской литературой, конечно же, оставляет желать лучшего. Поэтому мне кажется, что образование, которое дает ВГИК, высокопрофессиональное, и там работают очень качественные педагоги. И мне кажется, что здесь две проблемы.

Первая проблема заключается в том, что нужно, на мой взгляд, усилить, но даже, так сказать, может быть, и насильственно внедрить вопрос, связанный с изучением, со знанием русской литературы, русской истории.

А второе, что мне кажется, действительно появляются новые профессии, совсем новые. Для нас они – компьютерная графика – когда-то все это было для нас совершенно неведомо. Подготовка среднего звена, которое должно быть высококачественно подготовлено, то, что, собственно, делается руками, супертехники, механики, это среднее звено должно иметь свое образование. Среднее образование оно будет называться, не знаю, как оно будет называться. Но это необходимо потому, что очень многие учатся просто на коленке во время работы.

Здесь, мне кажется, среднее звено утеряно, и им нужно заняться. Плюс – я не знаю, есть это во ВГИКе или нет, – но теми профессиями, которые сегодня востребованы в кино и которых раньше не было, может быть, нужно факультативно заниматься. Я имею в виду опять же компьютерную графику, еще что-то, еще что-то и еще что-то.

А что касается нутряного этого, так сказать, глубинного образования, я считаю, что ВГИК – реально один из самых мощных институтов, киноинститутов в мире, на мой взгляд.

В.ПУТИН: Владимир Сергеевич, а вот эти техникумы, которые Вам передали – четыре, Вы сказали, – но вам их не навязывали, вы наверняка хотели их получить, да?

В.МАЛЫШЕВ: Мы привыкли выполнять. Мы же все-таки государственный вуз.

В.ПУТИН: Нет, понятно.

В.МАЛЫШЕВ: Иначе бы они вообще пропали.

В.ПУТИН: То есть вы хотели их взять и изначально рассчитывали на то, что будет оказана поддержка в их, образно говоря, реконструкции? А сколько там нужно денег на это? Примерно хотя бы порядок цифр какой?

В.МАЛЫШЕВ: Боюсь прогадать, Владимир Владимирович. (Смех.) Готов представить более конкретно.

В.ПУТИН: Примерно. Владимир Сергеевич, Вы же примерно порядок-то понимаете.

В.МАЛЫШЕВ: Потом ругать будут. Примерно, чтобы поменять оборудование… Думаю, что миллионов по 20-30 на технику.

В.ПУТИН: То есть под 100 миллионов примерно на четыре?

В.МАЛЫШЕВ: Спасибо, Владимир Владимирович. (Смех.)

В.ПУТИН: ВГИК – это школа, конечно. Чувствуется рука мастера.

Пожалуйста, коллеги.

Прошу Вас, Леонид Эмильевич.

Л.ВЕРЕЩАГИН: Спасибо, Владимир Владимирович.

Я хотел лишь коснуться того (согласен абсолютно), что государство практически, с моей точки зрения, почти все уже сделало для того, чтобы поддержать отечественный кинематограф, системно наращивая средства, которые пускаются на господдержку. С моей точки зрения, оказание государственной поддержки лежит абсолютно в русле мировых тенденций точно так же, как это делается в других странах.

Но на разных этапах нужна разная поддержка. Вот, например, мне кажется, что сегодня мы очень нуждаемся в том, чтобы наше кино просто пропагандировали, я говорил это на одном из совещаний, меня потрясли данные компании Movie Research, которая опрашивала зрителей, выходящих с фильма «Ледниковый период». Их опрашивали, а пойдете ли вы в кино на такого артиста или на такую картину. Так вот когда речь шла об отечественном фильме, говорили: не пойдем, независимо от того, какая тема, какой режиссер, о чем рассказывается, какой бюджет. Нуждается в пиар-компании наше кино, кинотеатры предлагают это сделать, сделать коллективный ролик наших фильмов, которые выпускают, крутить их на постоянной основе в наших кинотеатрах. Я думаю, что мы тратим на продвижение наших картин, на маркетинг, на картины-события примерно в два раза больше, чем это тратится на американские картины большие за счет того, что у них звезды, их не надо пропагандировать, они стали мировыми звездами, как рынок стал открытым. Надо тратить эти деньги. Государство освободило нас от налога на добавленную стоимость, сейчас у нас ставка ноль на производство, а вот на маркетинг и продвижение мы платим НДС. Я бы подумал об этой помощи нашему кино, потому что это достаточно большие средства на фильмах-событиях.

И в то же время введение НДС. Мы во многом всегда соглашаемся с Владимиром Ростиславовичем, но это такая мера, которая требует проработки, с моей точки зрения, введение НДС на кинотеатры, а не на американские фильмы, на наши, отечественные кинотеатры. Когда они показывают американское кино, они возьмут и поднимут цену для наших граждан, граждан Российской Федерации, чтобы скомпенсировать эти потери. Это возможный вариант.

В.ПУТИН: Нет, это не возможный вариант – это единственный вариант, так оно точно и будет. А на это и рассчитано, что иностранные фильмы будут дороже, и будут пользоваться меньшим успехом.

Л.ВЕРЕЩАГИН: Спросом. Но вот это вопрос спорный.

В.ПУТИН: Извините меня, зная, что после этого меня будут поругивать, это как колбаса, она дороже, либо дешевле. Но Вы знаете, при современном уровне доходов это не остановит зрителя все равно, я думаю, что это неэффективные меры. Это в данном случае подход, как к колбасе, а результата такого не будет, как при продуктах питания, все равно люди будут ходить туда, куда им хочется. Больше того, мне кажется, это еще может, знаете, вызвать такой…

РЕПЛИКА: …саботаж.

В.ПУТИН: Нет, не саботаж. А наоборот, промоушен будет такой, что подороже – значит, получше, значит, надо туда идти. Вот обратный эффект может получиться. Здесь нужно потоньше действовать. В том, что мы должны помочь прокату отечественных фильмов, сомнений нет, только нельзя сделать ложных шагов – вот я о чем.

Л.ВЕРЕЩАГИН: Спасибо, я абсолютно с этим согласен, потому что мы находимся в балансе – производитель, прокатчик и показчик, – и любое нарушение этого баланса может привести к последствиям, которые надо заранее просчитать.

С Вашего позволения, еще буквально несколько слов. Очень приятно, что и в Вашем выступлении, и в выступлениях других коллег упоминался фильм, сделанный нашей студией с Никитой Сергеевичем Михалковым «Легенда № 17». Я задумался после этой картины, а что, собственно, привело к такому успеху. Ну, конечно же, мы работали, конечно же, мы делали фильм о том, что помнили, что чувствовали и любили.

Но просчитать успех с математической точностью не представляется возможным, с моей точки зрения, нигде в нашем бизнесе. Мы не можем точно просчитать количество зрителей. Мы могли и спланировали, с моей точки зрения, с помощью телевизионных каналов большую, объемную рекламную кампанию. Но вот точно просчитать нельзя. Здесь и сочетание сюжета, блестящая режиссура, потрясающая, с моей точки зрения, игра артистов, фильм, с моей точки зрения, грамотно спродюсирован. И выяснилось, что есть запрос у нашего зрителя на национальную историю с большой победой, с настоящим героем. В этой картине так вот все оказалось.

Но просчитывать заранее кассовые сборы, да, мы должны. И сегодня, конечно же, мы должны работать на зрительский результат. Но если выдавать господдержку только из расчета кассовых сборов, я убежден, что наш кинематограф может (я сейчас говорю про господдержку, а государство – регулятор рынка, это однозначно), что наш кинематограф может деградировать, и может деградировать зритель, потому что преимуществом будут пользоваться комедии на грани фола, но так всегда.

Безусловно, это надо делать, зрительское кино для нас основа сегодня, потому что государство вкладывает деньги. А удобно ли вообще нашему партнеру – государству. Вот вкладывает, а отдача-то должна быть. Поэтому мы договорились сейчас и с Министерством культуры, и с фондом о системе возвратности. Но наряду с этим я бы вводил, и мы с коллегами это обсуждали, критерии не социально значимого проекта на стадии начала проекта, а культурной значимости проекта. И культурная значимость проекта, с моей точки зрения, это проект, который развивает традиции национальной культуры, это проект, который может быть выполнен на высоком художественном и производственном качестве, но Вы, в общем, это и сказали в своем выступлении, что на это идет зритель, на живое он пойдет. И тогда именно по этому критерию и должны выдаваться деньги экспертными комиссиями, потому что эксперты могут определить, какая культурная значимость этого проекта. Он должен ставиться за основу, а не некая социальная тема важна. Потому что если мы будем говорить: а давайте про Кутузова, а давайте про Александра Невского – замечательно, надо давать. Но если за этим не будет стоять грамотного сценария, то здесь открывается огромный простор для лоббистского ресурса: «Я делаю «Александра Невского», дайте мне деньги», – и для идеологических спекуляций. Поэтому я бы это поставил во главу угла.

И госзаказ, здесь мы поддерживаем Министерство культуры, потому что это надо делать на основе открытых конкурсов и с привлечением независимых экспертов, которые спокойно оценят и культурную значимость каждого проекта, и сформируют репертуар.

И позвольте закончить свое выступление. Мы делали картину о коллективной игре, и вот так получилось, что и делали мы ее коллективно, глобально, потому что вся индустрия, несмотря на различные внутренние противоречия, как-то вся включилась. И поэтому я бы хотел закончить словами благодарности Вам, Владимир Владимирович, что Вы нашли время, посмотрели, сказали добрые слова, Министерству культуры, безусловно, и фонду, которые ритмично финансировали нашу картину, нашему партнеру Олегу Борисовичу Добродееву, который поддержал именно тогда, когда надо поддержать, в нужный момент, и Константину Львовичу [Эрнсту], который подставил плечо и, несмотря на то, что это конкурирующий канал, поддерживали картину вместе. Потрясающая игра Владимира Валентиновича Меньшова, с моей точки зрения, если зрители говорили, что если бы не его герой, забили бы наши больше шайб и лучше выиграли. И, конечно же, Никите Сергеевичу Михалкову, который, исполняя роль генерального продюсера на этой картине, занимался ей от замысла до финального монтажа. И, профессионалы меня поймут, несмотря на то, что уже был запуск своей картины, мы всегда могли прийти, обратиться и иметь справедливого арбитра.

Спасибо вам всем большое. Спасибо вам за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо.

Оригинал: http://news.kremlin.ru/news/18182

Продолжение следует

Примечание «ПрофиСинема»:

Данное совещание киносообщество ждало еще и для того, чтобы понять – правдивы ли, озвученные накануне в газете «Известия» слухи об отставке Ивана Демидова, заместителя Министра культуры, курирующего вопросы кинематографии и модернизационных программ.

Министр культуры Владимир Мединский в Сочи журналистам «кремлевского пула» сказал: «До меня эти слухи не доходили, и я не комментирую». Примерно также агентству РИА Новости заявил и пресс-секретарь Президента России Дмитрий Песков: «Спекуляции мы не комментируем».

Напомним, что Иван Демидов был назначен заместителем Министра культуры в июне 2012 года.


комментарии (2)

Александр Зиновьев 26 мая 2013, 10:04

Можно было иметь 58 замечательных КИНОФИЛЬМОВ!

Владимир Двинский 26 мая 2013, 17:34

Даже ИВС,больше,чем на 5-6 не замахивался!


необходимо зарегистрироваться на сайте и подтвердить email